Во второй половине 1980-х советская власть разрешила заниматься небольшим частным бизнесом, Кирсонс не упустил возможность и в 1987 году основал Lido. Это было и время зарождения рэкета — вымогательства денег у предпринимателей. Вскоре вся Латвия т весь латвийский бизнес оказались поделены между различными «бригадами», а особого расцвета организованная преступность достигла в 1990-е.
Кирсонса эта беда стороной не обошла. «И ко мне приходили бандиты», — говорит он. Приходилось уживаться. «Все равно надо было как-то с ними подружиться». Правда, к нему как к бывшему спортсмену, серьезно занимавшемуся дзюдо и участвовавшему в соревнованиях, отношение было несколько особым.
«Я разговаривал с тем же Ваней Харитоновым. Признаю, я уважаю его как личность. Он неоднократно говорил: „Я ведь не позволю этим здесь насиловать наших женщин“».
Кирсонс признавал, что платил рэкетирам, однако сравнивал это с покупкой медицинской страховки. «Вообще, мне кажется, это было честное дело, потому что тогда полиции ещё не было, милиции уже не было — а были бандиты. И когда я тогда разговаривал с тем же Ваней Харитоновым — признаю, я уважаю его как личность», — вспоминает Кирсонс о тогдашнем мафиозном боссе, которого называли «королем рэкета» и впоследствии приговорили к многолетнему заключению. «Он неоднократно говорил: я же не позволю этим здесь насиловать наших женщин и вообще творить что попало».
Да, признает Кирсонс, Харитонов «ходил по лезвию иглы», делал «эдакие вещи», но в то же время «рисковал своей жизнью, чтобы здесь все не превратилось в хаос». «Он этот хаос немного сдерживал», — рассуждает Кирсонс.
Здесь стоит напомнить, что забота Ивана Харитонова о женщинах в таком контексте выглядит довольно своеобразно: еще до эпохи рэкета он был судим в том числе… за изнасилование.
Что же касается хаоса, именно такой и была тогда деловая среда Латвии: бандиты взрывали магазины и рестораны, убивали друг друга, был застрелен не один предприниматель. Конец этому положили полиция и сами преступники своими бандитскими войнами на взаимоистребление.
Бандиты пытались даже учить Кирсонса, по какой цене следует продавать шашлык. Порция стоила рубль, а ему говорили: ты что, дурак? Ведь можно брать два или два с половиной! Кирсонс отказался: он продавал по 3000 порций шашлыка в день и хотел, чтобы люди могли себе это позволить.
