Фото с историей: как молодые артисты Ширвиндт и Белов допились до… кентавров

Дуэт артистов Александра Ширвиндта и Юрия Белова запомнился зрителю по эпизоду в фильме «Приходите завтра…». Главной героине Фросе Бурлаковой молодые студенты Вадим и Володя представились Константином Станиславским и Владимиром Немировичем-Данченко.

«Кадрёжное» вино и бесплатные помидоры

— Это было в 1962 году, когда мы снимали фильм «Приходите завтра…» в Одессе, — рассказывает «Собеседнику» Александр Анатольевич Ширвиндт. — Веселое время было на съемках. Между работой мы бегали на пляж, устраивали там соревнования по бегу на песке, играли в волейбол. А поскольку была бесконечная нищета, то пили дешевое «кадрежное» (от слова «кадрить») вино, стоившее «минус рубль».

Закусывали помидорами, которые нам доставались бесплатно, поскольку тогда в Одессе выдался богатый урожай на овощи. И вот снимали в какой-то скульптурной мастерской эпизоды с Толей Папановым и Катей Савиновой. Мы с Юрой не были там задействованы, но пришли на эти съемки. А там валялись части тел разных скульптур: туловища, руки, головы. Мы с Юркой решили похулиганить и окунулись в эти скульптурные ноги. Получились такие кентавры.

А вот режиссер фильма Евгений Ташков утверждал, что пьянок особых не было. Поэтому и фильм сняли быстро — за 30 дней.

— Тогда это были простые ребята, в которых уже, правда, начинали проявляться черты очень способных актеров, — вспоминал Евгений Иванович. — В первую очередь они мне запомнились как люди, которые очень качественно делали свое дело.

В пьянках, каких-то интригах замечены не были, всегда приходили на площадку заранее, текст знали назубок, причем могли его проговорить с двумя-тремя вариантами интонации, всегда были предельно внимательными и собранными. Что еще нужно режиссеру?! На съемочной площадке все актеры были словно послушные дети: не капризничали и всегда делали то, что я им говорил. Именно поэтому нам удалось быстро отработать.

В Одессе прятались от мести Пырьева

Сюжет о том, как в Москву из глухой сибирской деревни Фрося приезжает «учиться на артистку», режиссер Евгений Ташков написал вместе с супругой Екатериной Савиновой. Сценарные истории списаны с их жизни. Например, сцена, когда главная героиня приходит в квартиру скульптора Николая Васильевича (Папанов), произошла с самим режиссером.

Однажды к Евгению Ташкову приехала племянница и чуть не вынесла дверь, стараясь достучаться до хозяев, так как о существовании дверных звонков не знала. С нее же для Фроси списали манеру громко говорить, поскольку та племянница работала кондуктором. Любопытно, но в свое время актрису Савинову приглашали работать во МХАТ, который когда-то организовали Станиславский и Немирович-Данченко. Вот и в этом фильме Фросю согласились любезно прослушать «отцы-основатели легендарного театра».

— Катя снималась у Ивана Пырьева в «Кубанских казаках». Она так ему понравилась — и как актриса, и как человек, — что Пырьев в нее сразу влюбился, — рассказывал Ташков. — И вот как-то прямо во время съемок Пырьев предложил Кате прогуляться с ним в лес… Она пошла, но вскоре вернулась. За ней на машине приехал Пырьев. Он вышел из авто, подошел к Кате и начал объяснять, что она якобы все не так поняла. И в ответ получил… пощечину. В то время Иван Александрович имел огромное влияние на «Мосфильме». После этого случая Катю четыре года не снимали. Естественно, это было Пырьева рук дело.

Поэтому фильм «Приходите завтра…» решили снимать в Одессе, где у Пырьева не было влияния. В процессе съемок чуть не случилась трагедия. Как-то на съемочную площадку приехали киноначальники. Посмотрев материал, они потребовали закрыть картину, называя ее «безобразием» и упрекая Савинову в отсутствии таланта. Режиссеру удалось отстоять фильм, но и после просмотра готового материала худсовет собирался его запретить. Ташкова обвинили в том, что скульптор в кадре разбил маску Карла Маркса. То, что это был Герцен, доказывали четыре месяца.

— Женя Ташков очень талантливый режиссер. Про таких говорят «штучный», — вспоминает Ширвиндт. — С ним было очень легко работать. Он знал, что и как хочет в своей кинокартине. Позже я снимался у него в «Майоре Вихре».

Странный Белов, не от мира сего

Если у Александра Ширвиндта роль в «Приходите завтра…» стала третьей в актерской кинокарьере, то Юрий Белов был уже известным артистом, имея за плечами более двадцати фильмов («Карнавальная ночь», «Гусарская баллада», «Неподдающиеся» и др.).

— Юрка был потрясающим артистом, шикарным партнером, прекрасным человеком, — делится с нами Александр Анатольевич. — Он не умел притворяться. Был интересный собеседник и очень простой, несмотря на свою популярность. Играя тот эпизод «Станиславский — Немирович-Данченко», мы дурачились, понимали друг друга с полувзгляда. Ведь и в жизни, как наши герои, были хохмачами.
Тем не менее за Беловым прочно закрепилась слава странноватого человека.

— Юра может рассказать, кто жил две тысячи лет тому назад или будет жить через две тысячи лет, по фамилиям назовет, но что будет в этой жизни, он не знает. Он не от мира сего. Он странный, — так когда-то сказал про Белова его учитель по ВГИКу Борис Бибиков.

К сожалению, блестяще начав кинокарьеру, Белов во второй половине жизни если и играл, то лишь эпизоды. После его лечения в психиатрической больнице режиссеры сторонились его, перестали звать в свои фильмы. Белов вынужден был подрабатывать таксистом на своем «москвиче», который купил, когда получал хорошие гонорары. От переживаний начал сильно выпивать. В такие минуты он особенно любил пересматривать свои кинокартины и вспоминал молодость.

— Если бы мне предложили еще хоть одну настоящую роль! Да я ради такого дела заново родиться готов, — признавался актер незадолго до своего ухода из жизни.

Белов умер в возрасте 61 года утром 31 декабря 1991-го, когда по телевизору в очередной раз начали показывать советские комедии, в которых он работал.

— После «Приходите завтра…» я снимался во многих фильмах, но роль «Станиславского» в паре с Юркой — «Немировичем-Данченко» мне часто припоминают и цитируют, — смеется Александр Ширвиндт.

Олег ПЕРАНОВ.

(«Собеседник».)