А корабль и ныне там: глава секретариата Фонда интеграции о проблемах с нашей сплоченностью

«Чаще всего критики не хотят ни слышать, ни видеть, что сделано за эти 30 лет, ни посмотреть на причины, которые помешали решению тех или иных вопросов. Упрощенный взгляд обычно ограничивается идеей, что можно обеспечить интеграцию, заставив всех учить латышский язык и смотреть СМИ на латышском языке. Идея, что мы можем построить информационную и идеологическую стену между западноевропейскими ценностями и агрессивным российским авторитаризмом, до сих пор считается легитимной.

Упомянутые аргументы обычно достают в моменты обострения ситуации, когда появляются разногласия, в которых видно, что в значительной степени разделение мнений происходит по национальному признаку. Наиболее яркими такими ситуациями были языковой референдум, война в Грузии, аннексия Крыма, война в Украине и ежегодное мероприятие 9 мая у ныне бывшего памятника в Пардаугаве, которое особенно ярко проявилось 10 мая 2022 года.

Однако главный вопрос не в том, доказывают ли что-то эти конкретные события или демонстрируют, а в том, почему интерес к интеграции и сплочению общества возникает только тогда, когда происходит что-то экстраординарное. Не являются ли эти события и последующее возмущение части общества симптомом того, что мы прекрасно понимаем, мы, как общество, СМИ и политики, недостаточно заботимся о сплоченности в повседневной жизни? Помимо того, что неправильно смотреть на интеграцию только в самом узком смысле, через этническую призму, редко кто вникает в то, чем занимаются институты, отвечающие за интеграцию. Мало кто регулярно следит за тем, что делается и как делается для сплочения общества и какая это тяжелая битва, к тому же часто это битва с ветряными мельницами.

Позволю себе небольшое сравнение — процесс построения сплоченности подобен гигантскому кораблю, которому для движения вперед нужен совершенный механизм и большая команда. Во-первых, все технические процессы должны быть безупречными и четкими. Затем процедуры, чтобы вся команда могла работать в соответствии с единым подходом, и, наконец, сама команда должна быть знающей и профессиональной. Кораблю требуется много усилий и сил, чтобы взять правильный курс, только тогда он сможет четко и спокойно плыть, но и при движении корабля на мостике должен быть капитан, а экипаж на палубе или в машинном отделении, чтобы гарантировать, что путь будет спокойным и на пути корабля не появится айсберг.

Если говорить о ситуации в Латвии, то надо сказать, что у нас есть судно под названием «Сплоченность». Мы также ожидаем, что оно возьмет правильный курс и будет двигаться в правильном направлении. Но что мы как страна сделали, чтобы это произошло? Законодательная власть отдала целых два весла учреждениям, которые должны обеспечить, чтобы корабль достиг пункта назначения.

Не нужно быть гением, чтобы понять, что таким способом до цели не добраться, учитывая, что такому большому кораблю трудно даже сдвинуться с места.

Еще одна вещь, которая упускается из виду в дискуссиях о том, кто что сделал или не сделал, связана с самими терминами — интеграция и сплоченность.

Интеграционная политика у нас существует долгое время и интеграционные цели определены. В основном они четко обозначены как: 1) единое понимание истории; 2) хорошее владение национальным языком; 3) чувство принадлежности к Латвии.

Финансирование вопросов интеграции было спорадическим — были даже случаи, когда Фонду интеграции общества выделялись средства, чтобы обеспечить приобретение навыков национального языка. Однако государственное финансирование на обучение языку практически не выделялось. В основном в Латвии этим вопросом за счет своего бюджета и по собственной инициативе занимались крупнейшие латвийские самоуправления (Рига и Даугавпилс). Вопрос владения языком решается и школами в своей повседневной работе, в том числе и теми школами, где преподавание велось билингвально, с теми учителями и их владением национальным языком, которые имелись в конкретной школе.

Политики позаботились о едином понимании истории, например, временно (на семь лет) включив в школьные программы отдельный предмет — история Латвии.

И действительно, по различным оценкам и исследованиям видно, что улучшалось как понимание истории, так и частота и навыки использования национального языка.

Но кто позаботился о создании чувства принадлежности Латвии?

Какая забота? Это должно происходить автоматически. Если ты понимаешь, что Латвия была оккупирована, если ты знаешь латышский язык, то ты любишь эту страну и чувствуешь себя её частью. Так просто, не так ли?

И тут встает вопрос – а почему так много наших людей эмигрировали в другие страны, к тому же уехали, чувствуя себя обманутыми и непонятыми? Не оцененными собственной страной? Может для создания чувства принадлежности еще чего-то не хватает? К тому же, действительно ли у этого чувства имеется этнический аспект?

Возмущенные обычно не замечают, что после того, как политика и ее цели определены, ее реализация также должна сопровождаться целевым и адекватным финансированием. Двух весел недостаточно, чтобы сдвинуть корабль этнической интеграции, но поверьте, те, кто занимается этим вопросом ежедневно, гребли без остановок, с мокрой спиной.

Но общество не стоит на месте, и развиваются даже такие вопросы, как интеграция, социальная сплоченность, устойчивость. Растут ожидания общества в отношении результата реализации государственной политики. Поспевает ли за этим государство? Необходимо осознать, что вопрос сплоченности не может быть решен одним министром или одним учреждением. Это междисциплинарный вопрос, поскольку он затрагивает многие аспекты жизни.

Единое общество формируется тогда, когда государство и общество осознают, что к каждому гражданину нужно относиться с уважением. Этого можно достичь, сосредоточив внимание на благосостоянии, верховенстве закона и правах человека, но этого нельзя достичь с помощью одного органа, которому поручена интеграция. Это сизифов труд, который никогда не сможет быть выполнен без участия и усилий каждого», — пишет Пуце.