«Да, мы понесём убытки, но много ли чести в дружбе с бандитом?» Латковскис о разрыве отношений с Лукашенко

Этой беспрецедентной акцией с посадкой самолета в Минске (в часто упоминаемом в связи с эти другим случаем — с посадкой самолета президента Боливии Моралеса в Вене все же не были задействованы истребители, и это был спецрейс, а не пассажирский лайнер) Лукашенко наступил на горло песне всех своих защитников в Европе. На данный момент сказать про него что-то хорошее — это примерно то же самое, как защищать Трампа. Поэтому мэр Риги Мартиньш Стакис и министр иностранных дел Эдгарс Ринкевич позволили себе такой недипломатичный жест, как замена белорусского флага перед гостиницей, где остановились участники хоккейного чемпионата. Этих политиков не испугали косые взгляды других стран и отечественного сообщества. Напротив, на фоне [оправданной] демонизации Лукашенко их марш даже выглядел очень эффектно и получил широкую поддержку во всем мире (за исключением России и президентского дворца в Минске).

Я не хотел бы комментировать последствия этой смены флага для экономики Латвии, потому что, с одной стороны, эти последствия обязательно будут негативными, но, с другой стороны, мало чести поддерживать хорошие отношения с бандитом. К сожалению, белорусского диктатора нельзя назвать иначе после всего, что он сделал.

Лукашенко, скорее всего, не ожидал такой острой мировой реакции. Вероятно он просчитался, и у этой ошибки были две главные причины. Во-первых, он не подумал, что то, что он сделал — это что-то из ряда вон выходящее, что взволнует мир намного больше, чем его предыдущие поступки. Возможно, и ему также была близка идея о «кейсе Моралиса», которая показалась ему достаточным оправданием своих действий. Но основная мысль, скорее всего, была примерно такая – если Европа фактически, без особых возражений, смирилась с массовыми арестами, убийствами оппонентов, уничтожением крупнейшего информационного канала tut.by, абсолютной зачисткой политического и информационного полей, то почему же она возбудится, если мы в своем воздушном пространстве посадим самолет и вытащим из него одного устроителя (в нашем понимании) массовых беспорядков?

Однако главной ошибкой было то, что Лукашенко, вероятно, в своих глазах видит себя равнозначным (в понимании Эгилса Левитса) Путину. И если Путину без всяких международных последствий сходили с рук и более тяжелые преступления (аннексия Крыма, война на востоке Украины, сбитый малазийский Boeing, убийство Бориса Немцова, использование химического оружия у себя дома и за границей, переписанная в стиле Центральной Азии конституция и многое другое), то почему же к нему в мире будет другое отношение?»