Бриллианты и мужья Людмилы Зыкиной: «Обычного женского счастья не получилось…»

Казалось, ее любили все — и зрители, и представители власти. Множество наград, званий, дружба с сильными мира сего… Но до конца жизни великая русская певица Людмила Зыкина оставалась одиноким человеком.

Народная артистка СССР ушла из жизни почти восемь лет назад. И сразу начались споры о наследстве: квартира в знаменитой московской высотке на Котельнической набережной, уникальные коллекции посуды, картин и костюмов и самое главное — знаменитые украшения певицы. О ней говорили: «В ушах Зыкиной вместо сережек — целые люстры!» Все ее состояние оценивается в миллионы долларов.

Публикации о судебных тяжбах между объявившимися родственниками и сегодня появляются в прессе. Все это печально. Тем более я помню, как встречался с Людмилой Зыкиной за месяц до ее смерти. И на мой вопрос: «Кого из ваших родственников указать в «досье»?» она грустно ответила: «Нет у меня никого. Только Таня, моя помощница, самый близкий мой человек вот уже более двадцати лет…»

Последняя любовь — врач Владимир

Мы приехали к Зыкиной на государственную дачу в Архангельском в июне 2009 года. Помню, как вошел в дом и тут же в прихожей встретил женщину в инвалидной коляске. Совсем седая, лицо белое, «без бровей и ресниц». И только я хотел спросить: «А где же Людмила Георгиевна?», как она хрипло засмеялась:

— Вы так удивленно смотрите! Не узнали?!

И только тогда понял: ОНА.

Протянул букет ромашек.

— Как вы угадали! Мне часто дарят огромными букетами розы. А я больше люблю полевые цветы, — сказала Людмила Георгиевна и начала целовать каждый цветок.

Нас пригласили в комнату. Помощница Татьяна Александровна Свинкова подвезла актрису к зеркалу.

— Олег, меня будут гримировать, мы можем начать наш разговор, — предложила Зыкина.

Увидев в моей руке свою книгу «Течет моя Волга…», попросила: «Только давайте говорить не по книге. Мне будет интересней, будто вы обо мне ничего не знаете».

Во время беседы седая женщина постепенно превращалась в ту самую, легендарную актрису. Гример Верочка промокнула черной краской волосы актрисы, приладила сзади большой черный шиньон, наклеила ресницы, нанесла легкий макияж. И вот уже перед нами сама Людмила Зыкина.

— В последние годы мне сделали несколько операций, — призналась тогда Людмила Георгиевна. — Вставили английский искусственный тазобедренный сустав. Боль, которая жила со мною десятки лет, утихла. После этой операции я начала лучше ходить, ожила просто! И вот, представляете, в конце прошлого лета упала, запутавшись в брючине. Сломала руку, повредила спину. Снова осень и зима прошли в болезнях…

Не люблю говорить о болячках, но ведь газеты принялись писать, мол, я подключена к аппарату искусственной почки и лечат меня где-то в Северной Корее. Хочу, чтобы все знали, где правда, а где нет. А недавно написали: «У Зыкиной молодой любовник, артист Михаил Кизин». Кому надо это придумывать? Михаил — солист нашего ансамбля «Россия», мы дружим, работаем вместе. Вот и все наши отношения. Если и есть сегодня у меня мужчина, которого я всем сердцем люблю, то это мой врач Володя Константинов.

Столько лет прожила, а люблю, как в первый раз. Это другие отношения, чем у супругов, но это тоже любовь — чистая и светлая. Когда Владимира долго нет рядом, я скучаю, переживаю, просто с ума схожу. Он ведь три раза меня буквально из земли вытаскивал!..

Тут к разговору подключается и Владимир, который находится рядом:

— Когда я познакомился с Людмилой Георгиевной и обследовал ее, удивился: как она все эти годы терпела жуткую боль, как ходила и выступала?! Кости в тазобедренном суставе были стерты напрочь! Восхищаюсь ее силой воли, ведь она все это терпела ради людей, чтобы иметь возможность выступать.

— Володя, пока мы общаемся и фотографируемся, сделай нам угощение, — просит Зыкина.

Во дворе дачи он разводит огонь в мангале для шашлыка. Константинов разработал для Зыкиной специальную диету: ее организму требовалось больше белков. И приготовление мяса он тоже взял на себя.

— Он же гений, у него золотые руки, — говорит певица. — Мне спокойнее, когда мой любимый врач рядом. Последние месяцы мы всегда вместе. Просыпаюсь, открываю глаза — он стоит с лекарствами. И от этого уже здоровой себя чувствую…

«Ну зачем тебе эта старуха?!»

Как призналась тогда сама Людмила Георгиевна, личная жизнь у нее не удалась. Официально было четыре мужа, которых, как поняла в конце жизни певица, она и не любила.

— Из всех чаще вспоминаю Виктора Гридина, с которым прожили вместе 17 лет, — говорила Зыкина. — Он работал баянистом в Ансамбле песни и пляски имени Александрова, а потом у нас дирижером. Виктор был младше меня на 14 лет. Такой красавец! Его окружало много симпатичных девушек. Они ему говорили: «Ну зачем тебе нужна эта старуха?!» А он отвечал им: «Эта старуха лучше вас всех, молодых!»

Из зависти мне некоторые шептали на ухо: мол, муж-то твой других в рестораны водит. Я не слушала. В душе, конечно, переживала, но вида не подавала. Когда наши отношения подошли к концу, и я поняла, что в его жизни появилась другая женщина, я его отпустила… Думаю, что обычного женского счастья у меня так и не получилось…

Мы закончили фотосъемку, и Людмила Георгиевна пригласила к столу.

— Принеси ребятам пива из холодильника, — просит она помощницу. — Я бы тоже выпила, но нельзя сейчас. А мясо поем…

В момент поедания шашлыков Зыкина, смеясь, вспомнила про Иосифа Кобзона:

— Иосиф однажды пошутил, что хочет от меня ребенка. Ну и пошли разные слухи о нас. Когда отмечала 75-летний юбилей, он вышел на сцену и объявил: «Зыкина, я по-прежнему хочу от тебя ребенка!» Я говорю: «Иосиф, поезд уже ушел». А он: «Поезд, может, и ушел, но свисток-то остался!»

В какой-то момент она показывает мне руку и заговорщицки шепчет:

— Как вам это колечко? Бриллиант. Карат не много, но смотрится красиво, правда?

По сравнению с теми украшениями, вокруг которых после смерти актрисы начались скандалы, то кольцо смотрелось действительно скромно. Очень жаль, что все только пишут о ее бриллиантах и вовсе забыли, что в первую очередь главным бриллиантом была она сама — великая и неповторимая женщина, актриса, певица.

Провожала нас Людмила Георгиевна на улице, сидя в коляске. Как-то грустно смотрела вслед нашей машине. Я машу ей рукой в заднее окно, а в руке держу ее книгу, в которой Зыкина с трудом (пальцы уже плохо слушались) вывела: «Олегу. С уважением. Л. Зыкина»…

был случай

— Однажды пришло письмо из Омска от женщины, прикованной к постели, — рассказывала Людмила Зыкина. — Писала, что очень болеет, что бедна и мечтает о цветном телевизоре. Я тут же связалась с местной филармонией и договорилась о покупке женщине телевизора. Вскоре поехала в Омск с гастролями. Памятуя о том письме, пришла навестить больную. А дома никого не оказалось. Соседи недоумевали: какая больная? Здоровая женщина вполне. И живет в достатке. Дождалась я ее, а она даже не смутилась: «У вас, артистов, денег много!»

Олег ПЕРАНОВ.