Андрис Казиновскис: Латвия идёт к развалу по образцу СССР. И ведут её — чиновники

«Не так давно четыре депутата, не стану называть имена, приезжали в Балви. Я спросил: «Что же вы принимаете такие законы? У вас же есть юристы…» Они говорят: нет, наши юристы — не буду называть имена — зачастую сидят по другую сторону баррикад, защищают интересы конкретных институтов, в том числе министерств. Потому что те юристу Сейма платят больше!» — сетует председатель Балвской краевой думы Андрис Казиновскис.

—В Латвии партии, политики — суть пустые «обещатели». Попав в коалицию, партии подписывают коалиционный договор, делят министерства. Однако дальнейшее продвижение предусмотренных коалиционным договором предложений доверяется чиновникам, которые их разрабатывают, согласовывают и предлагают Кабинету министров и Сейму принять законопроект. Можно сказать, что страной правит чиновничья диктатура.

При этом законы беспрерывно поправляются. Опять и опять по новой… Это значит, что эти законы некачественны, а чиновники в Латвии некомпетентны.

Возникает следующий вопрос: почему они некомпетентны? Один из аргументов — маленькие зарплаты. Плюс лоббирование интересов конкретных групп, банков. Те находят среди чиновников представителей своих интересов и через их посредничество вносят в законы выгодные для себя нормы, которые зачастую не соответствуют интересам коалиции, да и интересам всей страны.

В итоге министры становятся марионетками. Хоть наши чиновники и некомпетентны, они «закопали» не одного министра, не одно правительство и не одну политическую партию.

— Я бы чиновников крайними столь резко не выставлял: нашим политикам они выгодны какие есть, иначе политики озаботились бы наличием в стране сильной гражданской службы…

— Я помню как Марис Гайлис пытался ввести этот профессиональный корпус чиновников. Были экзамены, отбор, чиновники, которые еще не были профессионалами, должны были проходить курсы, усовершенствовать себя…

Но я хочу подчеркнуть нечто другое. То, что имеется власть, которая принимает решения, и имеется исполнительная институция. Первая разрабатывает законопроекты и принимает законы. Исполнительная власть — конкретные министерства — внедряют их жизнь. У нас же все перепутано, все вверх тормашками.

Кроме того, чиновникам стало сподручно ссылаться на разные исследования Всемирного банка, регулы Евросоюза. Хоть я не убежден, что они эти регулы читали и переводили. А вот депутаты действительно не читали, и чиновники этим спекулируют.

Не так давно четыре депутата, не стану называть имена, приезжали в Балви. Я спросил: «Что же вы принимаете такие законы? У вас же есть юристы…» Они говорят: нет, наши юристы — не буду называть имена — зачастую сидят по другую сторону баррикад, защищают интересы конкретных институтов, в том числе министерств. Потому что те юристу Сейма платят больше!

—Однако, даже если политики слишком трусливы, чтобы справиться с несуразной системой, это не снимает с них ответственности. Формально они глава этой системы.

— Но ведь они сами находятся в этом потоке, плывут по течению. Они не хотят меняться…

— Да, да… Говорят, что как раз система привела СССР к краху…

— То же самое происходит сегодня в Латвии. Я говорю: система пожирает даже партии. И в борьбе чиновников с политиками побеждают чиновники. Многие из них пережили большое количество правительств и партий.

У нас есть партнер по сотрудничеству в Польше. Самоуправление Жуков под Гданьском. Прошлым летом приезжала делегация, мы обсудили многие вопросы, и я спросил об образовании в Польше. Вы знаете, какая у нас система: деньги следуют за учеником — где больше учеников, там школы получают больше денег. Где (на селе) учеников меньше, там и денег меньше. Школы исчезают…

В Польше все наоборот. В Польше за основу берется городская школа, а потом начинаются коэффициенты. Одно расстояние — дополнительное финансирование, еще дальше — еще дополнительное… На селе финансирование может вырасти до девяти раз по сравнению с той основой, которая определена в городе.

Мы видим, что долг с каждым годом растет. В бюджете 2017 года графиком было предусмотрено уплатить около 900 миллионов евро внутреннего и внешнего долга. Что мы можем сказать об увеличении финансирования здравоохранения, образования, если наш бюджет пожирает долг. И ситуация станет еще тяжелее.

— Пару лет назад вы мне говорили: «Если не дано развиваться наиболее слабой территории страны, если она хиреет, то рано или поздно само государство по части развития также пойдет вниз. Латгалия — лакмус Латвии». Это все еще в силе?

— Несколько лет назад в Латгалии началась первая волна эмиграции. Люди, видя, что у региона проблемы, что в другие места деньги приходят, а в Латгалию приходят меньше, что услуги отдаляются, подались прочь. Государство не обеспечивает равноценными услугами всех жителей, однако налоги все платят одинаково — и тот, кто живет в Латгалии, в лесу, около границы, и тот, кто живет в Риге на краю тротуара. Началась миграция.

Сейчас эта ситуация усугубляется по всей Латвии, охватывает Латвию. Латгалия потеряла очень много людей. Балвский край потерял половину жителей. Наши школы под вопросом. Здравоохранение имеется, но оно отдаляется от человека.

А что делает человек, если услуги от него отдаляются и их качество не растет, а иной раз даже понижается? Он следует за услугой, за качеством. И люди это делают уже в масштабе страны. Они уезжают. Они ищут качество и услуги в другом месте.

В Латгалии это все продолжается и продолжается. И пока это не будет остановлено в Латгалии, до тех пор это не остановится и в государстве.

Виктор АВОТИНЬШ.