Алексей Димитров о вердикте Европейского суда «о русском языке» в Латвии: решение не окончательное

Суд рассматривал три аспекта.

1) По возможному нарушению права на частную жизнь суд нашёл, что заявители не исчерпали национальные механизмы. Хотя реформа 2018 обсуждалась в Конституционном суде Латвии, влияние на право на частную жизнь там не рассматривалось. Соответственно, и ЕСПЧ по существу эту часть иска не рассмотрел.

2) По возможному нарушению права на образование суд нашёл, что Европейская Конвенция по правам человека не гарантирует образование на родном языке. Те дела, которые вроде бы свидетельствовали об обратном, были в специфическом контексте непризнанных государств (Приднестровье и Северный Кипр). Соответственно, и в этой части рассмотрения по существу не было.

3) По существу была рассмотрена только жалоба на дискриминацию по языку. Суд нашёл, что национальные власти и суды имеют больше возможностей оценить надлежащий баланс между разными интересами. Действительно, международные договоры (например, Рамочная конвенция о защите национальных меньшинств) и рекомендации (например, ОБСЕ) заходят дальше, чем Конвенция по правам человека, но суд не может ввести этот стандарт в Конвенцию. Суд учитывает, что поправки 2018 года не убрали русский язык полностью из школьной программы. Суд также считает, что заявители не представили достаточно статистических данных, которые доказывали бы, что и в рамках предыдущей системы ученики в достаточной степени осваивали латышский.

Три вывода:

1) Данное решение не является окончательным. В течение трёх месяцев заявители могут обратиться в Большую Палату. Пять судей Большой Палаты решают, передавать ли дело туда на новое рассмотрение (например, если дело имеет важное значение для судебной практики). Если да, то дело рассматривают 17 судей Большой Палаты. Если нет, решение вступает в силу. В данном случае решение семи судей было единогласным, такие дела в Большую Палату попадают редко, но случается.

2) Суд разделил рассмотрение дел по публичным и частным школам. Вердикт по частным школам ещё не вынесен, он может отличаться.

3) Суд даёт довольно широкую свободу действий государствам. Однако в пунктах 207 и 212 большое внимание уделяется тому, что в 2018 году русскоязычным ученикам была сохранена возможность изучать свой язык и сохранять культуру и идентичность. Данный аспект имеет важное значение для рассмотрения дел о реформе 2022 года в Конституционном суде Латвии.

Очень жаль, что ЕСПЧ упустил хорошую возможность интегрировать стандарт инструментов по правам нацменьшинств в Европейскую Конвенцию по правам человека. Это обсуждалось ещё в деле Chapman в 2001 году, а воз и ныне там. К сожалению, последние 20 лет в защите нацменьшинств в Европе наблюдается стагнация — особенно по сравнению в прогрессом 1990-х.