Александр Зацепин о ссоре с Пугачёвой, музыке и секретах долголетия

«Суббота» встретилась с известным композитором во время фестиваля Jūras Pērle, проходившего в Юрмале. Первая мысль, которая пришла в голову при этой встрече: «92? Не может быть!» В то, что возраст Александра Сергеевича плавно приближается к веку, поверить невозможно. Его песни-долгожители — это точный автопортрет мэтра. Александр Зацепин так же молод душой, энергичен и жизнерадостен, как и его музыка.

— Александр Сергеевич, мы встречались с вами семь лет назад, во время фестиваля «Новая волна» на вечере, посвященном вашему творчеству. «Новой волны» в Юрмале больше нет, но есть другой фестиваль, на котором снова звучат ваши песни…

— Хорошо, когда твои песни помнят и поют. Неважно, в какой стране это происходит и на каком фестивале. Я даже во Франции слышал свою песню «Так же, как все», только на французском языке слова другие — про такси. Значит, не зря писал! На фестиваль Jūras Pērle я приехал с огромным удовольствием. С Юрмалой и залом «Дзинтари» у меня связано множество воспоминаний — давних, теплых, радостных…

Сальто или рояль?

— Это правда, что в детстве вы мечтали стать цирковым артистом?

— Да, был бы сейчас циркач Зацепин на пенсии. (Улыбается.) Я всерьез занимался акробатикой. Крутил сальто — вперед и назад, — ходил на руках, привязывал к дереву металлическую проволоку и съезжал по ней, спускался с пятого этажа на веревке прямо с крыши. Готовился стать цирковым артистом. Но вмешалась мама: пошла в цирк и попросила, чтобы меня туда не брали.

— Мудрая была у вас мама! А как в вашей жизни возникла музыка?

— Она всегда звучала в нашем доме. У отца были патефон и целая тумбочка разных пластинок. Мы вместе слушали и оперные арии, и Шаляпина, и «Рио-Риту». Потом мне купили пианино и отдали в музыкальную школу. Я учился легко, в классе третьем-четвертом уже начал сочинять свои мелодии.

— И взяли курс на консерваторию?

— Не сразу. После музыкальной школы я поступил в инженерный институт, а потом отправился в армию. Шел 1944 год, тогда все рвались на фронт, и я тоже. Однажды даже встал в строй рядом с товарищем, который завтра уезжал на передовую, и отрапортовал: «Солдат Зацепин!» Но старшина сказал: «Нет у меня такого солдата!» — и выгнал с плаца. В армии я научился играть на саксофоне, кларнете, освоил аккордеон, да так хорошо, что потом смог работать концертмейстером.

Консерватория возникла позже — в 1951 году. Я приехал в Алма-Ату, хотел поступить в музыкальное училище. Показал приемной комиссии все свои музыкальные таланты и фокусы. «Зачем вам зря время терять? — сказали мне. — Идите сразу к в консерваторию!»

Тема для Шурика

— С чего началось ваше сотрудничество с Леонидом Гайдаем?

— С подозрения. Поначалу он ко мне присматривался. Обратить на меня внимание Гайдаю посоветовала его жена Нина Гребешкова. Она сказала: «Возьми молодого композитора, который написал «Надо мною небо синее». Эта песня из фильма «Наш милый доктор» была очень популярна, ее исполнял Ермек Серкебаев, народный артист Казахстана. А Гайдай тогда как раз поссорился с Никитой Богословским и искал ему замену.

— Тяжело было работать с режиссером, который славился непростым характером?

— Мы с Гайдаем хорошо понимали друг друга, сразу перешли на «ты». Но, конечно, спорили, не без этого. Когда мы начали делать наш первый фильм, «Операцию «Ы», мне вручили сценарий с ремарками для экспликации музыкальных номеров: «здесь галоп», «здесь марш», «здесь вальс» и т. д.

Мой сценарий был тоненьким, толщиной в сантиметр. А у Гайдая — целый том, сантиметров в восемь. И весь в рисунках! На одном из них Федя — герой Смирнова, черный как негр, бежал с копьем сквозь дымовую завесу… Я глянул на ремарку и подумал: «Какой же тут галоп? Тут самбу надо делать!» Поделился с Гайдаем. Он отреагировал напряженно. Но когда прослушал тему, ему понравилось. С того дня он доверял мне полностью. Например, я говорил: «Вот тут будет наложение скрипок и саксофона». — «Не могу понять, но тебе верю», — отвечал Гайдай.

— При записи музыки вы использовали не только скрипку, саксофон или рояль, но и необычные инструменты. Меня, например, давно занимает вопрос: что у вас там крякает в теме Шурика из «Операции «Ы»?

— Это охотничий манок на уток. Чего я только не покупал, чтобы звучало интереснее! Свистульки, трещотки, дудочки… Как-то на толкучке в Одессе приобрел колокольчики, записал их звук в восемь раз медленнее, и получился колокол, под который Шурик замуровывает в стену героя Смирнова.

Смешной случай был в Венгрии: я увидел в магазине рулетку, потянул ее, приложил к уху и замер — надо же, какой любопытный звук! Жена хохотала: «Ты бы посмотрел на лицо продавца в тот момент. К нему пришел покупатель, который покупает рулетку на слух!»

Ссора с Аллой Борисовной

— Ваши песни очень легко ложатся на душу. А как они сочинялись? С такой же легкостью?

— По-разному бывало. Иногда все получалось мгновенно. Как с песней «Есть только миг…» к кинофильму «Земля Санникова». Я ее написал очень быстро и не менял потом ни одной ноты. А вот в «Песне про зайцев» никак не давался припев. Пришлось переписывать его несколько раз.

— Вы уже тогда понимали, что создаете музыку на все времена — музыку, которая будет любима и популярна долгие годы?

— Я представить себе не мог, что она проживет так долго. Ведь музыка к кино — это прикладная музыка, несамостоятельная, она должна помогать зрительному ряду и быть одним целым с ним. Что же касается популярности, то тут вообще не угадаешь! Народ сам выбирает, что ему нравится.

К примеру, когда я писал песни к фильму «Отважный Ширак» по сценарию Инина, он сказал: «Из трех песен две станут популярными, а «Волшебник-недоучка» — нет». А вышло наоборот.

— Может быть, это потому, что «Волшебника» блестяще исполнила Алла Пугачева?

— Да, Алла умела не только исполнить песню, но сделать из нее настоящий спектакль, привнеся что-то свое. Сейчас таких исполнителей я не вижу.

— Если не секрет, из-за чего вы в свое время поссорились с Аллой Борисовной?

— Это случилось из-за того, что часть моих мелодий убрали из фильма «Женщина, которая поет», вместо них Алла вставила свои, подписав их псевдонимом Борис Горбонос. И ничего мне не сказала.

Мы несколько лет не разговаривали. Но потом Алла извинилась. Мы помирились. В Юрмале на «Новой волне» вместе вели мой творческий вечер. Сейчас у нас с Пугачевой хорошие отношения. Все размолвки остались в прошлом.

Фильмы на все времена

— Ваши песни в фильмах исполняют замечательные артисты: Юрий Никулин, Андрей Миронов, Нонна Мордюкова… Но они не профессиональные певцы. Как складывались ваши отношения?

— Меня полностью устраивало, как они поют. На картине «Бриллиантовая рука» Миронов и Никулин даже заспорили из-за моих песен. Никулин говорил Миронову: «Твоя песня про остров невезения лучше, чем моя про зайцев». А тот отвечал: «Нет, твоя песня лучше!»

К слову, «Остров невезения» возник в фильме совершенно случайно. По замыслу Гайдая в этом фильме было только две песни: шуточное танго «Помоги мне» и «Песня про зайцев». Но Леня Дербенев написал текст, который мне очень понравился. И сразу получилась песня. Приношу ее Гайдаю. Он говорит: «Извини, но вставить некуда». — «А если в сцену на палубе, где они разговаривают о погоде? Пусть лучше не говорят, а поют», — предложил я. Гайдай меня послушал, и получился музыкальный номер. Миронов спел замечательно! Не думаю, что кто-то может исполнить «Остров» так, как он.

Сейчас я не вспомню, кто пел эту песню на концерте в Юрмале, но я помню, что он, выходя на сцену, сказал: «Не хочу соревноваться с Мироновым, просто исполню для вас этот хит». Артист был прав: с Мироновым соревноваться невозможно. Это был великий талант.

— В свое время «Бриллиантовую руку» не выпустили на экран именно из-за этой песни, углядев в ней намек на несостоятельность советского строя. А почему все-таки потом дали зеленый свет?

— За это надо сказать спасибо Брежневу. Он посмотрел «Бриллиантовую руку» у себя на даче и приказал: «Выпускайте немедленно!» Это было мудрое решение.

Поверьте, Леня Дербенев не имел в виду ничего криминального, когда писал, что крокодил не ловится и не растет кокос. Ни про какие ассоциации с советским строем он даже не помышлял. К Дербеневу просто очень придирались. Он не был членом Союза писателей, а это тогда было важно.

Помню, после «Кавказской пленницы» в одной из газет появилась статья — неумная и очень грубая. Там была фраза: «А знает ли автор, что земной оси не существует и медведи не могут о нее тереться?» Текст песни «Есть только миг…» из фильма «Земля Санникова» тоже раскритиковали, обвинив Леню в пессимистических настроениях. Мол, это песня для нытиков, для людей слабых духом…

— В то время в СССР активно искали врагов. Достаточно вспомнить судьбу фильма «31 июня», который запретили из-за побега на Запад Александра Годунова, который сыграл в этой картине одну из главных ролей…

— Да, это грустная история. Мы делали картину с такой душой, и вдруг — раз! — и ничего не стало. Было очень обидно. К счастью, сейчас фильм идет, песни живут. Не так давно я написал мюзикл «31 июня», премьера которого состоялась в Петербурге.

«Жизнь — это движение»

— Сегодня вы пишете прекрасные мюзиклы, но больше не пишете песен. Почему?

— Нет больше моего единомышленника Лени Дербенева. Нет исполнителя, под которого мне хотелось бы написать музыку. Не хочу сказать, что Россия оскудела талантами, просто нынче молодым музыкантам очень трудно. Нужны большие деньги на раскрутку, необходимо пробиться, стать самым первым на музыкальном Олимпе, чтобы что-то заработать. Иначе будешь собирать милостыню.

— Вы живете на две страны. Где бываете чаще: в Москве или в Париже?

— В Париже я уже не живу. После смерти жены дочка Лена позвала меня к себе; она живет в небольшом французском городке в 10 км от Женевы. А в Москву приезжаю несколько раз в год. У меня там концерты, репетиции. В России я работаю, а во Франции отдыхаю.

— Французский язык хорошо знаете?

— Знаю. Но, возможно, не так хорошо, как мои внуки, для которых он второй родной.

— Как вам удается так прекрасно выглядеть?

— Ничего особенного я для этого не делаю. Разве что зарядку каждый день — минут по 15-20 — и несколько упражнений из йоги. Немолодые кости нужно разминать. Надо двигаться! Жизнь — это движение. Мяса ем мало, больше рыбу. Не курю. А главное — каждый день работаю, не дожидаясь вдохновения. Работа меня от многого спасает: я сразу отключаюсь, забываю обо всем и даже чувствую себя лучше.

— Верите ли вы в судьбу?

— Я над этим особенно не задумываюсь. Смерти не боюсь. Без страха летаю на самолетах, несуеверен. Быстро забываю обиды. И, вспоминая Дербенева, отношусь к жизни как к мигу. Леня был прав! Только от нас зависит, чем этот миг будет наполнен — прошлым или будущим.

Любовь и потери

Первой супругой Зацепина была актриса Ревмира Соколова. После свадьбы композитор узнал, что возлюбленная беременна от другого мужчины, но это его не смутило. Он удочерил девочку, но она вскоре умерла. В браке Ревмира родила сына Женю, который пошел по стопам отца — писал музыку и стихи, — но в возрасте 24 лет молодой человек скоропостижно скончался.

Второй женой композитора стала пианистка Светлана Третьякова. Они были вместе 30 лет. В этом союзе родилась дочь Елена. Светлана умерла внезапно от кровоизлияния в мозг.

После смерти Светланы композитор улетел из СССР во Францию. Там он женился на француженке Женевьев. Этот брак был недолгим, распался через четыре года.

В 1985 Александр Сергеевич встретил новую любовь — Светлану Морозовскую. Прожил с ней 20 лет, но в 2014 году снова овдовел.

5 фактов

* Александр Зацепин родился 10 марта 1926 года в Новосибирске в семье хирурга и учительницы В 1941 году отец был арестован по 58-й статье и приговорен к 10 годам лишения свободы.

* Будучи студентом консерватории по классу фортепиано и композиции, Зацепин написал балет «Старик Хоттабыч», который поставили в Алма-Атинском театре оперы и балета.

* В активе композитора — музыка к фильмам «Земля Санникова», «31 июня», «Женщина, которая поет», «Душа», «Операция «Ы», «Кавказская пленница, или Новые приключения Шурика», «Бриллиантовая рука», «Двенадцать стульев», «Иван Васильевич меняет профессию», «Центровой из поднебесья» и др.

* С 1982 года Зацепин уехал во Францию, не меняя гражданства.

* Народный артист РФ, заслуженный деятель искусств, автор более 300 песен и 200 саундтреков.

Елена СМЕХОВА.