«А кто не верит — те агенты Путина!» Новый поворот в деле о катастрофе самолета президента Польши под Смоленском

Журналисты утверждают, что в распоряжении комиссии имелись результаты экспертиз, ставившие под сомнение выводы подготовленного ею отчета о том, что причиной катастрофы президентского лайнера мог стать взрыв на его борту. Польская оппозиция требует распустить комиссию, не дожидаясь публикации ее финального отчета, и привлечь к ответственности ее главу, бывшего министра обороны Антония Мацеревича. Представители власти во главе с самим Мацеревичем настаивают на корректности выводов комиссии и обвиняют оппонентов в работе на Кремль.

Что случилось в Смоленске

Утром 10 апреля возле Смоленска произошла авиакатастрофа, которая унесла жизнь президента Польши Леха Качиньского и еще 95 человек. Среди погибших было практически все высшее командование польских вооруженных сил, члены правительства, депутаты парламента, глава национального банка. Расследование, проведенное Международным авиационным комитетом СНГ, показало, что причиной катастрофы стали неправильные действия экипажа президентского борта, который принял решение о посадке, несмотря на плохую видимость.

Параллельное расследование катастрофы проводили и польские специалисты. Их первый отчет в целом повторял выводы МАК. Однако в нем делались оговорки, касавшиеся ошибок диспетчеров смоленского аэропорта, а также его недостаточного технического оснащения. И польский и российский отчеты с самого начала критиковались сторонниками погибшего президента во главе с его братом-близнецом Ярославом Качиньским.

Уже в первые дни после крушения президентского лайнера оно обросло огромным количеством теорий заговора, сторонники которых отказывались верить, что это была «просто» авиакатастрофа. Симпатизирующие Качиньскому СМИ активно подогревали эти слухи. В них можно было прочитать о том, что президентский самолет взорвался еще до соприкосновения с землей, что польских пилотов ввел в заблуждение искусственный туман, распыленный над аэродромом. По мотивам этих теорий снимались документальные и художественные фильмы, писались книги.

Отдельное место в этих теориях занимала «смоленская береза». Согласно данным первых экспертиз, именно после столкновения самолета с деревом, растущим неподалеку от аэропорта, у лайнера отломалась часть левого крыла. Противники «официальной версии» катастрофы ставили под сомнение способность березы нанести самолету столь серьезные повреждения; в обиход поляков вошел грустный мем о «бронеберезе».

Эксплуатация темы «раскрытия правды о Смоленске», по мнению многих экспертов, стала причиной победы партии Качиньского на выборах 2015 года. После них брат погибшего президента стал одним из самых влиятельных людей в государстве. Отчет польских экспертов, подготовленный при предыдущей власти, тут же был аннулирован. В 2016 году польский парламент создал собственную комиссию по расследованию катастрофы. Возглавил ее один из ближайших соратников Качиньского, на то время занимавший пост министра обороны страны, Антоний Мацеревич.

Итоговый отчет этого расследования до сих пор не опубликован. Впрочем, время от времени комиссия размещает на своей интернет-странице тексты все новых промежуточных отчетов — последний из них датирован апрелем этого года. А глава комиссии, теперь уже бывший министр обороны Мацеревич, активно комментирует ход ее работы.

Так, еще в 2018 году он заявил, что причиной катастрофы были два взрыва на борту президентского лайнера.

В последнем на сегодняшний день отчете комиссии Мацеревича этот вывод повторяется. В выводах к 338-страничному документу речь идет о том, что причиной катастрофы самолета стали два взрыва. Первый из них оторвал часть левого крыла лайнера (по заключению первых экспертиз, это случилось в результате удара крыла о «смоленскую березу»), второй произошел через шесть секунд в левом центроплане самолета. «Устройство, приведшее к взрыву, содержало гексоген, а также пентрит и тротил», — говорится в отчете.

«Ключевое значение имела передача Ту-154М на ремонт на самарское предприятие «Авиакор», принадлежавшее Олегу Дерипаске, российскому олигарху, другу тогдашнего премьера РФ В.В.Путина… Контроль над ремонтом позволял установить внутри левого крыла взрывное устройство. В запланированном времени и месте при помощи кодированного канала связи можно было вызвать взрыв левого крыла «туполева». Воздушное судно… начало вращаться вокруг своей оси, что в определенный момент привело ко [второму] взрыву», — гласит документ.

Польские и российские эксперты, принимавшие участие в расследовании катастрофы ранее, еще в 2018 году, раскритиковали выводы Мацеревича, с тех пор их оценка его изысканий не изменилась. Владимир Путин еще тогда назвал их «блефом, чушью и несуразицей».

«Ляпы» отчета

Показанное на прошлой неделе расследование TVN24 — польского частного телеканала, часто критикующего действующую власть — носило название «Сила лжи» и стало, пожалуй, самым полным на сегодняшний день собранием несоответствий, содержащихся в отчете комиссии Мацеревича. Часть из них фигурировала в материалах СМИ и раньше. Например, показания Николая Бодина, на участке которого росла та самая злополучная береза, — он лично видел, на какой высоте пролетал самолет над его времянкой, и она была значительно меньшей, чем та, на которую опиралась в своих расчетах комиссия Мацеревича. Или слова польского оператора Славомира Вишневского, который одним из первых прибыл на место катастрофы, о том, что никаких отдельных взрывов, кроме одного большого — когда самолет столкнулся с землей — он не слышал.

Авторы расследования поговорили с экспертом-акустиком Мирославом Тарасюком. Именно на его экспертизу опиралась комиссия, утверждая, что «черные ящики» на борту самолета зафиксировали звук взрыва. «Я хотел бы ответственно заявить, что я не идентифицировал исследуемый сигнал как взрыв. Речь идет об избирательном использовании моих исследований», — заявил Тарасюк журналистам.

Расследователи напомнили зрителям о том, что наличие следовых количеств взрывчатых веществ на борту самолета — его комиссия Мацеревича трактовала как доказательство присутствия в лайнере взрывного устройства — имеет прозаичное объяснение. Президентский «туполев» часто использовался для перевозки польских военных — например, миротворцев — и в архивах можно найти немало подтверждающих это кадров. Микроскопические частицы взрывчатых веществ вполне могли остаться на форме или волосах солдат, говорится в расследовании. Да и очень странно выглядит гипотеза о том, что для изготовления бомбы подрывники решили использовать сразу три разных типа взрывчатки, добавляют журналисты.

«Комиссия [Мацеревича] интерпретировала доказательства, имевшиеся в ее распоряжении, избирательно… Написание отчетов с заранее сформулированными выводами с самого начала было стандартом ее работы», — цитируют они Марека Домбровского, бывшего члена комиссии, который вышел из ее состава в знак протеста против непрозрачных методов ее работы.

Американская экспертиза

Однако настоящей «бомбой» журналистского расследования стала публикация в нем фрагментов масштабной экспертизы, проведенной авторитетным американским Национальным институтом авиационных исследований при Университете Вичита (НИАИ). Журналисты подчеркивают значимость и масштаб этой экспертизы: из 30 миллионов злотых (около 7,5 млн долларов), выделенных из бюджета на работу комиссии Мацеревича, на оплату этого исследования ушло восемь миллионов.

В отчете польской комиссии обширно цитируются выводы этой экспертизы. Однако, как утверждают журналисты, комиссия Мацеревича выбрали для цитирования в своем документе только те фрагменты, которые могли подтверждать вывод о взрыве на борту самолета. Доказательства того, что под Смоленском произошла «обычная» авиакатастрофа, не сопряженная ни с какими взрывами на борту лайнера, просто игнорировались, говорится в расследовании.

Например, комиссия Мацеревича проигнорировала компьютерную симуляцию последних секунд полета «туполева», которая предполагала, что самолет действительно врезался крылом в березу и из-за этого перевернулся в воздухе. Разлет обломков самолета и даже форма борозд на грунте, смоделированные в этой симуляции, фактически полностью совпадают с картиной на месте происшествия.

Эксперты НИАИ, говорится в журналистском расследовании, вывезли из России несколько образцов растущих там берез примерно того же диаметра, что и дерево на участке Бодина. Компьютерное исследование свойств этих образцов позволило американским экспертам сделать вывод, что при столкновении крыла самолета Ту-154 с таким препятствием и на такой скорости, вероятнее всего, крыло будет сломано, причем примерно с такой же линией слома, как при катастрофе президентского лайнера.

Результаты этой экспертизы также не вошли в отчет комиссии Мацеревича и вообще не были предъявлены общественности.

Кроме того, комиссия Мацеревича проигнорировала вывод американских экспертов о том, что повреждения оторванного конца крыла «туполева» вполне могли быть вызваны его столкновением со «смоленской березой». Польская комиссия однозначно утверждала: такие деформации каркаса крыла мог вызвать только взрыв изнутри конструкции.
Авторы расследования утверждают: полный текст экспертизы американцы передали Мацеревичу еще в декабре 2020 года. Он же выбрал для использования только подходящие под версию о взрыве фрагменты, а остальное утаил.

Кроме того, сличая список заказанных комиссией Мацеревича экспертиз и список использованных ею результатов, журналисты приходят к выводу, что в своем отчете комиссия проигнорировала наработки еще нескольких видных западных специалистов в области авиационной безопасности. В ответ на запрос журналистов о том, почему в отчете не приведены полные выводы экспертиз, комиссия Мацеревича ответила: все экспертизы, исследования и анализы приняты ею во внимание и доступны в приложениях к отчету.
Журналисты TVN называют это утверждение ложью: они настаивают, что существенная часть данных до сих пор недоступна.

«Империя лжи» и «агентура Путина»

Уже на следующий день после публикации расследования оппозиционный депутат польского Сейма Адам Шлапка подал на главу «смоленской комиссии» жалобу генпрокурору: в ней Шлапка обвинил Мацеревича в подделке документов и сокрытии доказательств. В тот же день на расследование отреагировала и сама комиссия Мацеревича. «Обвинения и псевдодоводы [содержащиеся в материале] являются фальшивыми и представляют российскую точку зрения», — говорится в ее заявлении. Комиссия добавила, что позже ответит на все конкретные обвинения, прозвучавшие в расследовании.

А 14 сентября обсуждение расследование стало темой дня в польском парламенте. Сначала оппозиционерка Барбара Новацкая, дочь одной из жертв смоленской катастрофы, экс-вице-премьера Изабелы Яруги-Новацкой, обратилась к присутствовавшему на заседании премьеру Матеушу Мазовецкому с требованием немедленно прекратить деятельность комиссии Мацеревича.

Затем она обратилась к сидящему в зале Ярославу Качиньскому. «Как вы можете смотреть на себя в зеркало после того, как на гробу своего брата, своей снохи, своих друзей и моей матери вы построили империю лжи, которая позволила вам получить власть. Как вам не стыдно! Позор!» — эмоционально заявила она.

Когда на трибуну Сейма вышел сам Ярослав Качиньский, он ограничился короткой ремаркой: «Я знал, что здесь есть агентура Путина, но что ее так много, не догадывался».
На этом обсуждение расследования в парламентском зале прекратилось, но в последующие дни оно вышло за пределы Сейма. Оппозиция все так же призывает к ответу Мацеревича, называя его едва ли не главным виновником раскола польского общества на почве «скрытой правды о Смоленске». Власть же в последние дни пытается сместить фокус дискуссии… на «украинский вопрос».

«Польское вооружение, переданное украинцам — сотни танков, гаубиц и ракет — уничтожает российских оккупантов. И именно во время победного украинского контрнаступления началась массированная атака на польское правительство, которое так мощно поддерживает Украину», — такими словами начинался материал о «смоленском» расследовании в выпуске новостей на государственном телеканале TVP.

Подавляющее большинство поляков, наблюдая за развязанной Россией войной в Украине, симпатизируют именно украинцам. По идее, переход дискуссии в это русло могло бы помочь власти выйти из этого скандала с минимальными имиджевыми потерями.

Однако опубликованные в понедельник данные соцопроса, проведенного маркетинговой компанией United Service для сервиса WP.pl, показали: почти 60% поляков считают, что Антоний Мацеревич вводит общественность в заблуждение в деле о смоленской катастрофе, в то время как верят ему лишь 24% респондентов.