Жизнь и смерть за красными флажками: Владимиру Высоцкому — 80

Но это не страшно. Это — удел поэтов. Высоцкий пел эпоху. Он ее бытописал, он ее разбирал по косточкам, то раскладывая по разным полочкам хорошее и страшное, то перемешивая их и, как волшебник, создавая совсем новую картину. Высоцкий был нашим Гомером, русским Гомером эпохи телевидения. Описывая эпоху, обнажая ее нервы через свои — уже обнаженные, оголенные, открытые любой боли — Высоцкий эту эпоху и создавал, как всегда создает свою эпоху всякий большой поэт. И как потом, после его смерти, стряхнув с себя сиюминутное, стихи обретают второе дыхание и начинают звучать в новой эпохе по-новому. Вот, например, помните знаменитую «Товарищи ученые, доценты с кандидатами…» и т. д.? Казалась просто шуткой, смешной зарисовкой, а учитывая, что все поголовно рано или поздно оказывались на овощных базах да на картофельных полях, всем это были близко и мило. А сейчас — вот последний куплет: