Люди, которые еще застали советскую эпоху, зачастую идеализируют эти времена, противопоставляя их нынешним. Но и тогда разнообразного криминала хватало. Правда, не обо всем писали в газетах. Но и те материалы, которые выходили в печать, позволяют составить представление о нравах более чем 60–летней давности. В 1960 году в газете «Советская молодежь» появилась статья Л. Тальской «Уймите сестер Папе», в которой рассказывалось о воровском притоне, организованном у себя дома двумя молодыми девушками.

Познакомились на улице

Жили в Риге в квартире на тогдашней улице П. Стучкас (ныне Тербатас) две молодые (одной было 19, а второй — 20 лет) и весьма привлекательные девушки — Ирена и Херта Папе. Работать они не хотели, а привыкли жить за счет мужчин. Но знакомства с ними для парней зачастую оборачивались большими проблемами. Как они возникали, рассказывал один из ее воздыхателей Евгений Чикунов. «Мне всего 20 лет, а я нахожусь в заключении. В этом большая часть вины лежит на Ирене и Херте Папе. В 1958 году на так называемом «Бродвее» (в те времена так назывался участок нынешней улицы Элизабетас от здания Министерства обороны до кинотеатра «Сплендид Палас») я увидел молодую девушку. Эта девушка мне понравилась. Я разговорился с нею. В тот вечер мы долго бродили по городу.

Я узнал, что Ирена живет вместе со своей сестрой Хертой. Проводив ее до дому, я договорился о новой встрече. На следующий день впервые в жизни вместе с девушкой пошел в кино. Ирена была хорошо одета. На ней было голубое платье, которое шло к ее лицу. Мне казалось, что все парни заглядываются на нее. После кинокартины Ирена предложила пойти погулять по городу. Она сказала мне: «Сначала пойдем к часам «Лайма», там мне нужно поговорить с двоюродным братом».

В этот вечер мне было все равно, куда мы пойдем. На углу улиц Ленина (Бривибас) и Меркеля Ирену окликнули. К нам подошло несколько молодых ребят и девушек. С одним из парней Ирена отошла в сторону и долго разговаривала. Судя по отдельным словам, речь шла обо мне.. С тех пор я стал часто бывать на квартире у сестер. Там я научился играть в карты. Там проводил большую часть времени. И вот однажды проиграл 500 рублей.

Денег у меня не было, но карточный долг — это дело святое, и его надо было вернуть. Так я стал на путь воровства. Но Ирена только рассмеялась и сказала: «Плюнь на все! Прожил день, а как завтра — будет видно. Нужно брать от жизни все, что можно». Эти слова стали девизом. Девизом «наших» ребят и девушек. Под этим девизом стал жить и я». И такая жизнь для парня закончилась спустя полгода.

«Мы, комсомольцы, едем на строительство»

Таксист Моисей Спиваков высадил последнего пассажира и устало откинулся на спинку сиденья. Взгляд упал на циферблат: четвертый час утра, скоро и рассвет. Сменив красный огонек на зеленый, шофер решил отправиться в гараж. Машина бесшумно заскользила по пустынным улицам. Неожиданно в свете фар появилась фигура человека с поднятой рукой. В душе немного ругнув запоздавшего ночного пассажира, Спиваков притормозил машину. К окошечку подошел молодой человек в темно–синем макинтоше и извиняющимся голосом заговорил: «Товарищ водитель, мы, комсомольцы, едем на строительство, задержались, время позднее, небезопасно, а у нас вещи. Не подвезете?»

Таксист согласился. Парень сел рядом с водителем. Это и был Евгений Чикунов. Такси повернуло на улицу Ленина (Бривибас). Здесь пассажир попросил остановиться. К машине торопливо подбежали два нарядно одетых паренька. Небрежно бросив на заднее сиденье чемоданы и усевшись поудобнее, они закурили. «Давайте обмозговывать, куда ехать?» — начал один из них. «Рванем к Херте с Иреной. Не пожалеем», — отозвался парень в шляпе.

Мысли Спивакова беспорядочно теснились в голове. Он понял, с кем имеет дело. «Их трое, я один, но что, если…» — прикидывал в уме водитель. Собрав всю волю, он спокойно положил руки на руль. Улицы города пустынны. Напряженно всматриваясь в смотровое стекло, шофер заметил, что к машине, резко пересекая улицу, бежит сотрудник милиции. «Шуруй, тебе говорят!» — заорали все трое, и в руках одного из них сверкнуло лезвие ножа.

Но Спиваков тут же резко затормозил перед подбежавшим милиционером. «Куда держите путь так поздно?» — вежливо обратился к шоферу и пассажирам старшина милиции Лисицин. «А мы едем по комсомольским путевкам на строительство в Минск, товарищ старшина. Сейчас направляемся на вокзал,» — быстро ответил парень в синем макинтоше. «Что везете в чемоданах?» — поинтересовался Лисицин. «Подарки дедушке и бабушке,» — криво усмехнулся молодой человек с усиками, приоткрывая чемодан. «И потом это не милицейское дело», — добавил он, продолжая держать чемодан в руках.

«Рубашки… ботинки,» — вслух перечислял вещи Лисицын, поднимая глаза на водителя. Они понимающе переглянулись. «Ну что ж, подвиньтесь, придется поехать вместе», — решительно заявил Лисицин, силой отодвигая парней. Ему с трудом удалось втиснуться на заднее сиденье. Машина рванулась с места и на большой скорости понеслась по городу. Лисицин крепко держал ручку дверцы. Несколько минут — и машина останавливается у подъезда райотдела милиции. Приятели, оставив чемоданы, бросаются врассыпную. Но далеко убежать им не удается.

…На столе дежурного милиции лежат раскрытые чемоданы, отобранные у задержанных. В них обувь, чернобурки, дорогие костюмы, деньги, несколько пачек лотерейных билетов, финские ножи… У стола стоят задержанные, на каждом из них по два костюма: один свой, второй — с пломбой и биркой универмага Военторга. Задержанные называют себя: Игорь Николаев, 1940 года рождения; Евгений Чикунов, 1941 года рождения. Вместе с ними был и Данила Белов, доставленный в милицию на следующий день. Три парня учились в одной рижской школе, жили в одном микрорайоне.

Любовь только за деньги

Часто в различных клубах города, куда отправлялись приятели, они встречали двух девушек — родных сестер Ирену и Херту Папе. Подыскивая подходящих кавалеров, Ирена и Херта каждый вечер меняли туалеты и танцплощадки. Быстро сошлись с ними Игорь и Данила. Сумели завлечь они и Евгения. Сестры Папе руководствовались

«особыми» взглядами на жизнь: жить припеваючи, не работая. Ирена недавно вышла из тюрьмы, где сидела за кражу; Херта работать не умела и не хотела. Труд ее «утомлял». Вот почему они знакомились с молодыми парнями, за счет которых можно было «пожить», повеселиться, выпить. Игорь пользовался особым расположением Херты и мог прийти к ней в любом часу дня и ночи. Но и ради Игоря Херта не отказывалась от своих «принципов жизни»: с деньгами — пожалуйста, без денег — нет!
И Игорь уходил добывать деньги.

В одну из октябрьских ночей он уговорил Данилу Белова ограбить столовую. Время провели «приятно»: пили краденое шампанское, заедали краденым шоколадом. На руке Херты засверкали краденые часы. В ту ночь приятели спустили в квартире сестер Папе около двух тысяч рублей — пропили все, что украли.

Прошло всего несколько дней, Игорь Николаев уговорил Белова вновь пойти на кражу. С ними отправился и Чикунов. На этот раз они обворовали универмаг Военторга. Около четырех часов ночи их и задержали старшина милиции Лисицин и шофер Спиваков.

Дальнейшая судьба девушек

Вот что сказал осужденный Игорь Николаев в своем последнем слове: «Я знаю, что виноват. А разве не нужно судить таких, как Ирена и Херта Папе? Им требуются только деньги, выпивки, угощения. Вы даже не представляете, сколько молодежи губит себя в этом притоне. Туда приходят не только ранее судимые, как я. Сестры Папе ловят и чистеньких, неопытных и учат их пьянству, разврату и воровству. Не я один побывал в их сетях. Ходят туда и другие. Их тоже надо спасать».

Сестры Папе были еще молоды: одной — девятнадцать, второй — двадцать лет. Они действительно превратили свою квартиру в настоящий воровской притон, в место попоек и растления молодежи. Десятки актов составили сотрудники милиции на сестер Папе. И это не просто акты о нарушении ими паспортного режима, не только акты об обнаружении в квартире Папе посторонних лиц. Лишь за четыре последних месяца работниками милиции в квартире Ирены и Херты Папе задержано свыше 60 разных юношей и девушек 1940, 1941 и 1942 гг. рождения. Были среди них и ранее судимые. Их задерживали в ночное время за картежной игрой и пьянками.

В итоге Ирена и Херта Папе были арестованы. Прокуратура Московского района Риги возбудила против них уголовное дело. В момент ареста на квартире Папе были задержаны 14 человек. Процесс против девушек сделали образцово–показательным. Их судили за содержание воровского притона, сбыт краденого и тунеядство.

Приговор оказался достаточно суровым — по пять лет лишения свободы для каждой девушки. Еще бы, вот что еще до объявления приговора было опубликовано в газете «Советская молодежь»: «Надо полагать, что сестры Папе и их сообщники понесут суровое наказание. Перед лицом общественности должны предстать и те, кто, поступаясь совестью, составлял «компанию» плесени в этом отвратительном пристанище».

Александр ВАЛЬТЕР.

Воровской притон, или Как сёстры Папе в своей квартире беспредел устраивали