Вот уже почти год, как Латвия активно участвует в «войне санкций» с Россией. И кому от этого хуже?

Удивительно, но многие местные производители и вообще бизнесмены… поддерживают экономические санкции против России, хотя по ним же это и бьет в ответ. По крайней мере, так полагает президент Латвийской ассоциации торговцев, советник Европейской комиссии по торговым делам Хенрик ДАНУСЕВИЧ. Но сколько наша страна уже потеряла из–за войны санкций? По кому пришелся основной удар? Какие предприятия станут закрываться одно за другим — все больше с каждым днем? Об этом «ВЕСТИ» и побеседовали со специалистом…

Молоко, наверно, не скиснет

— Кто в Латвии особенно пострадал из–за «войны санкций» с нашим соседом?

— Логично, что самый сильный удар пришелся по малым и средним предприятиям. У них немного средств, и им всегда дорога была любая возможность продавать товар. У крупных предприятий (особенно если они входят в международные концерны) огромный ресурс и возможности: им закрыли один рынок, так они больше товара перекинули на другой, снизили там цены и торгуют, как и прежде, очень успешно. У малых и средних предприятий нет возможности делать такие маневры.

Но сейчас Министерство экономики Латвии пошло навстречу производителям: будет помогать выходить даже на отдаленные рынки. Вскоре появятся специальные представители в разных странах — от организаций производителей и торговцев. Если производитель едет встречаться с покупателем или участвовать в целевой выставке, то государство компенсирует расходы на 50–70 процентов. Вот вы, например, выпускаете сыры и отправляетесь в Казахстан на переговоры о продаже продукции — и вам частично возмещают расходы. Можно ездить и самому, и от Латвийской ассоциации торговцев (что мы и предлагаем!).

— Пару недель назад в СМИ прозвучала информация, что запросто может накрыться чуть ли не вся молочная отрасль. Латвийский союз производителей молока заявил: в отрасли катастрофическая ситуация, предприятия могут начать закрываться одно за другим — и из–за ответных санкций России, и из–за перепроизводства и снижения закупочных цен на продукцию…

— Не вижу признаков того, что вся молочная отрасль в Латвии пропадет. На днях мы встречались в Министерстве земледелия с Союзом молочников и говорили об этом… Но поддерживать отрасль надо! Торговля идет навстречу производителю. В министерстве согласовали схему. За поставку продукции, срок реализации которой 20 дней, торговцы будут рассчитываться в течение 30 дней.

А откуда пошла информация, что молочная отрасль может обанкротиться, — не знаю. Возможно, связано с отдельными неудачами на рынке: например, «Даугава» обанкротилась. Но в том, что касается «Даугавы», все неоднозначно. Одно дело — производить качественный продукт, другое — по какой цене его продавать. Рынок не изолирован, есть такое понятие, как конкуренция. Можно, конечно, продавать свою продукцию из расчета на людей с очень высокой покупательной способностью, но их в Латвии, как вы понимаете, не большинство. А то, что продукция «Даугавы» была очень хорошего качества, — вопрос дискуссионный. В стране уже около 10 лет не делались сравнительные анализы молока от разных хозяйств. И, полагаю, было бы неплохо это сделать…

Кто не рискует, тот…

— Если же говорить о российском рынке, куда поставлялась молочная продукция из Латвии, он всегда был повышенного риска, — продолжает собеседник «ВЕСТЕЙ». — История знала случаи, когда там принимали исключительно политические решения: например, не продавать тот или иной продукт. Бывало, звучали странные претензии разных структур вроде ветеринарной службы, что те или иные латвийские изделия не соответствуют каким–то нормам.

К тому же недавно структура, регулирующая цены, их заморозила: определенные товары не могут стоить дороже конкретной суммы, общей для всех. А латвийские продукты однозначно всегда выходили дороже, чем в среднем произведенные в России или Белоруссии. Поэтому сейчас пострадали даже те, кто поставлял товары в Белоруссию: там делали их окончательную переработку и готовую продукцию под брэндом Made in Belarus отправляли в Россию.

Да, российский рынок — огромный. Многие наши производители ранее связывали свой бизнес здесь со сбытом в России чуть ли не на 80 процентов. В этом и проблема: когда работаешь только на один рынок, тогда очень зависим от него. И здесь я говорю не только о России, но и о других странах. Именно поэтому производители, которые четко анализируют все происходящее в мире, аккуратно работающие, открывают для себя рынки разных стран — на всякий случай: закрылся российский — перекинули товар на другой.

Если говорить, например, о шпротах, то российский рынок заменим: тот объем консервов, которые производят для него местные компании, легко продать и в других странах, куда уже проложены экспортные коридоры. В мире (и далеко не только в Европе!) наша рыбная продукция пользуются большим спросом. И на фоне других стран российский рынок для наших шпрот не превышает 30 процентов. Больше шпрот теперь продается в Белоруссии, где вообще для нас теперь увеличиваются объемы продаж. Почему? Белорусский товар мощным потоком идет на российский рынок, куда больше не поступает европейская продукция. А мы заполняем полки в Белоруссии — занимаем освобождающееся место на рынке…

«Подстава» для производителя

— Недавно наш министр иностранных дел Эдгар Ринкевич ездил встречаться в Минск с белорусским коллегой, чтобы расширить сотрудничество…

— Еще в конце прошлого года наметилась тенденция, что торговые отношения между Латвией и Белоруссией значительно улучшаются. Хотя увеличение экспорта пока, насколько я знаю, не превышает 5 процентов по сравнению с прошлым годом. В сентябре в Минске был и наш министр земледелия Янис Дуклавс, который добился прогресса в отношениях: договорились улучшить реализацию в торговых сетях молока, сыра, разных напитков. Но… Наверху–то нам дан зеленый свет, а внизу все тормозится: то разные странные требования появляются (вроде: маркировка нанесена на продукцию не такого вида), то вдруг задерживаются разрешения на импорт, то даже звучат угрозы тамошним торговым сетям, что якобы нельзя продавать товар из Латвии.

— Российский рынок, по–вашему, рискованный, а белорусский как?

— Тоже. Там ведь, помните, во время прошлогоднего чемпионата мира по хоккею было исключительно административное решение: на два месяца запретили продажу любого импортного пива…

— Будет ли государство как–то компенсировать потери производителей из–за того, что само ввязалось в «войну санкций», совершенно не подумав о простых смертных, о тех же предпринимателях? И если тот же белорусский рынок рискованный и об этом знают как Ринкевич, так и Дуклавс, но при этом они ездят договариваться о сотрудничестве, то, по сути, министры подставляют своего родного производителя.

— Не будет государство ничего компенсировать. Бизнес всегда связан с риском. А рынок России, равно как и Белоруссии, всегда был, повторю, непростым: там можно было моментально разбогатеть, но, случись что, тут же и потерять огромные средства. Я вот вдруг решу поставлять что–то в Непал, но соседняя большая страна раз — и оккупирует его (извиняюсь, это вовсе не прогноз!), и у меня закроется тот рынок. Или же я начну работать с какой–нибудь африканской страной, а там случится очередная революция — и регион вообще закроют… Это мой риск — сотрудничать со страной, которая нестабильна.

— На прошлой неделе неожиданно прозвучала информация: некоторые производители уже готовятся к отмене санкций.

— Не думаю, что их отменят, пока война на Украине не закончится. Не исключено, что в ближайшее время санкции, напротив, еще больше ужесточат.

— Хорошенькое будущее! Ведь, по мнению разных экспертов, Латвия уже потеряла 52 миллиона евро дохода от экспорта продовольствия, не считая миллиардных убытков из–за резкого снижения транзита…

— Поэтому латвийцам теперь важно активнее осваивать новые рынки — Китай, Индию, Бразилию, среднеазиатские страны. Наша ассоциация активно помогает расширению экспорта. А если политики подпишут договор о свободной торговле с США, тогда у нас появится еще и американский рынок. И с Украиной торговые отношения крепнут, а там — большой рынок.

— Шутите! На Украине же теперь жуткая экономическая дыра, скоро там вообще почти ничего покупать не будут — даже свои товары, не говоря уже о более дорогом импорте!

— Не все там так страшно… К тому же, несмотря на далеко не самую лучшую экономическую ситуацию, там ведь люди кушать не перестанут… И, между прочим, польский рынок тоже открыт для нас.

— Снова шутка? В Польше не знают, как сбыть свое, — и куда уж там из Латвии что–то покупать!

— Не забывайте: в Польше — переизбыток товаров определенной категории, которые не принимает Россия. Понятно, мы не будем в Польшу поставлять яблоки. Но ведь многие ниши на рынке если не так уж и свободны, то все равно открыты. Вот, например, мы предлагаем консервы (рыбные и мясные), макароны, чипсы, напитки, сладости, парфюмерию, детскую одежду, плюс разные компьютерные программы, созданные в Латвии…

Кому–то лучше в РОССИЮ

— Несколько лет назад ЕС решил ввести экономические санкции против «диктатора Лукашенко» — против Белоруссии, что обязывало бы и Латвию прекратить отношения со страной–соседкой. Тогда латвийские производители и представители самоуправлений составили список (в нем — какие отрасли экономики пострадают из–за нарушения партнерских, деловых отношений, сколько страна недополучит из–за прекращения транзита, торговли и прочего) и передали его в парламент, МИД, президенту. В итоге Латвия если и ввела какие–то санкции, будучи связанной Евросоюзом по рукам и ногам, то уж очень незаметные. Почему точно так же нельзя было поступить латвийским бизнесменам, чтобы и с Россией не прервались связи, не ухудшились отношения?

— Ситуация, которая была тогда с Белоруссией, и то, что теперь с Россией, — как говорится, две очень большие разницы! Если в Белоруссии было несколько политзаключенных, то Россия нарушила территориальную целостность Украины. Латвия обоснованно присоединилась к экономическим санкциям против России. К тому же нет гарантии, что потом Россия не поступит точно так же с Латгалией — как с Крымом.

— Думаю, тогда латгальские производители и фермеры будут исключительно рады вдруг открывшемуся огромному российскому рынку!

— Не факт…

— Хотите сказать, что вы, несмотря на то что представляете интересы торговцев, поддерживаете экономические санкции в отношении России?

— Да. И не я один. Мы должны стоять со всем ЕС — и именно вместе с ним.

— Как–то в Латвии все же обходят российские ответные санкции — и продолжают с соседней страной работать…

— Некоторые так делают. Скажем, в Латвии сделали сыр, потом нарезали его, упаковали и наклеили этикетку — товар «из Турции»…

— В Турцию из Латвии отправляют товары, там их окончательно перерабатывают и поставляют в Россию?

— Никто ничего не отправляет…

— То есть?

— Без комментариев…

— Почему государство так слабо поддерживает родного производителя — даже в самой Латвии?

— Принципы работы ЕС: государство одной страны не может поддерживать свои товары — против остальных. А наша ассоциация как раз старается поддерживать местный малый и средний бизнес. К примеру, хочется верить, что наконец–то стартует акция, суть которой такова: важно, чтобы местные жители поддерживали не только местный товар, но и местного торговца. Всем известны две крупные зарубежные торговые сети супермаркетов, но ведь много и латвийских, а последние занимают около 60 процентов на общем рынке. И если вы будете покупать не просто латвийский товар, но и в латвийском магазине, то будет двойной эффект. А в некоторых торговых сетях, в целом по стране, идет акция: около тех или иных латвийских продуктов — значок: Pērc vietējo («Покупай местное»). Впрочем, в Латвии и так в среднем 80 процентов реализации пищевой продукции — за счет местной…

19 марта 2015. №11

Латвия в «войне санкций» с Россией. И кому от этого хуже?