У русской эмиграции есть удивительное свойство: она всякий раз убеждает себя, что ее случай беспрецедентен, а потом обнаруживает, что уже проживает чью-то давно написанную биографию. Те же разговоры о доме, в который нельзя вернуться; те же попытки устроить нормальную жизнь, словно она не временная, а окончательная; та же мучительная раздвоенность между благодарностью новой стране и внутренней невозможностью назвать ее своей.
У русской эмиграции есть удивительное свойство: она всякий раз убеждает себя, что ее случай беспрецедентен, а потом обнаруживает, что уже проживает чью-то давно написанную биографию. Те же разговоры о доме, в который нельзя вернуться; те же попытки устроить нормальную жизнь, словно она не временная, а окончательная; та же мучительная раздвоенность между благодарностью новой стране и внутренней невозможностью назвать ее своей.
Оставить комментарий
Здравствуйте! Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи. Мы сожалеем, что вынуждены пойти на такой шаг, по причинам, изложенным здесь
Перейти к авторизации