Предстоящий 19 октября референдум в канадской провинции Альберта интересен не столько экзотической (хоть и неблизкой) перспективой появления нового государства между Канадой и Соединёнными Штатами, сколько удивительно старомодным устройством стоящего за ним конфликта.
Но историки, специализирующиеся на Гражданской войне в США, пожалуй, удивились бы другому: что здесь вообще нашли аномального? Происходящее в Канаде очень уж напоминает другую историю, разыгравшуюся на том же континенте полтора столетия назад. Только карту надо повернуть на девяносто градусов.
Современная Канада, разумеется, не стоит перед конфликтом такого характера и масштаба. Но её экономическая карта вызывает странное ощущение déjà vu. Только здесь вместо американского Юга находится канадский Запад.
85% экспорта этой провинции направляется в США.
То есть политическая ось канадского государства проходит с востока на запад, а естественная экономическая ось Альберты – строго с севера на юг.
Кто кого кормит И тут появляется неизбежный вопрос всякой богатой провинции: если богатство находится у нас под ногами, почему распоряжаются им где-то там, вдалеке от нас?
Альберта ответила лозунгом, который трудно назвать образцом канадской вежливости: «Пусть восточные ублюдки замерзают в темноте!»
Сорок шесть лет спустя эту автомобильную наклейку полезно помнить лучше многих трактатов о канадском федерализме. В ней вся политическая экономия конфликта: нефть находится здесь, потребитель находится там, а между ними стоит федеральное государство, устанавливающее правила распределения доходов.