Человек с барабаном Евстигнеев явился в кино совершенно неподходящим для кинематографа человеком: с лицом усталого провинциального бухгалтера, ранними залысинами, чуть мешковатой фигурой и странной способностью выглядеть одновременно старше и моложе своих лет.
Зато стоило ему открыть рот, приподнять бровь или просто помолчать, как выяснялось, что все остальные в кадре существуют исключительно для того, чтобы оттенять этого невзрачного человека.
Однажды его заметил директор Горьковского театрального училища Виталий Лебский и предложил поступать в артисты. Евстигнеев, по воспоминаниям дочери, растерялся. Выяснилось, что на вступительных экзаменах надо читать стихи и басню. С памятью у него всегда было неважно, а басню он не приготовил вовсе. Но его приняли.
В этом есть нечто утешительное для человечества. Человек, который впоследствии сыграет профессора Преображенского, мог не стать актером из-за какой-нибудь несчастной басни Крылова.
Может быть, это и было главное евстигнеевское открытие: в каждом человеке, даже самом неприятном, существует еще кто-то. Не обязательно хороший, не обязательно благородный, но живой.
И вот этот человек, которого любой другой артист сыграл бы карикатурой, у Евстигнеева получился совершенно настоящим. Такие Дынины сидели в школах, райкомах, домоуправлениях, редакциях и санаториях. Они не считали себя смешными. Напротив, были убеждены, что без них мир немедленно рухнет.
Потом появился Корейко в «Золотом теленке». С виду — ничтожный служащий, человек с копеечными привычками и миллионным состоянием. Он не умеет наслаждаться деньгами, потому что главное его наслаждение заключается в том, чтобы никто не догадался об их существовании.
А в «Беге» возник Корзухин, богатый эмигрант, готовый отречься от всего прежнего существования ради благополучия в Париже. Здесь Евстигнеев уже не прятался за внешней невзрачностью. Он показывал человека, который настолько дорожит приобретенным комфортом, что готов объявить несуществующим собственное прошлое.