Сирийцам — оставаться, украинцам — возвращаться? Глава МИД Германии по-разному оценил судьбу беженцев

Осенью прошлого года Вадефуль посетил Сирию и побывал в Харасте — сильно разрушенном во время гражданской войны пригороде Дамаска. Увиденное произвело на него тяжёлое впечатление.

«В ближайшее время они не могут вернуться», — заявил министр, говоря о перспективах сирийских беженцев. По его словам, в разрушенных районах «людям действительно почти невозможно жить достойно». При этом Вадефуль особо отметил, что молодые сирийцы, получившие образование в Германии, могут сами решать, где им строить будущее: те, кто остаётся, интегрируется в немецкое общество и работает, по его словам, по-прежнему приветствуются в Германии.

Позже, уже столкнувшись с критикой внутри собственного Христианско-демократического союза, Вадефуль от своих слов не отказался. Он назвал такую оценку «трезвым анализом» и говорил о разрушенных домах, отсутствии воды, электричества и канализации. Правда, одновременно министр признал, что сирийцев всё же следует мотивировать участвовать в восстановлении собственной страны и что Германия должна оказывать на них «некоторое давление».

С тех пор положение Сирии изменилось достаточно заметно. Европейское агентство по вопросам убежища EUAA отмечает большую политическую стабильность и улучшение гуманитарного доступа после падения режима Башара Асада. Только за первые четыре месяца 2026 года в страну вернулись более 315 тысяч беженцев, а за 2025 год в свои дома вернулись в общей сложности более 3,4 млн беженцев и внутренне перемещённых лиц. При этом EUAA подчёркивает: это ещё не означает, что вся Сирия стала безопасной — положение сильно различается от региона к региону, инфраструктура разрушена, а в стране продолжаются вспышки насилия.

Любопытно и другое. Согласно данным EUAA, среди возвращающихся в Сирию из соседних стран есть в том числе мужчины призывного возраста. После падения прежнего режима возвращающиеся в целом не сталкивались с преследованием со стороны новых властей, а старые ордера спецслужб и военной полиции режима Асада, как правило, больше не исполняются.

Совсем иначе Вадефуль рассуждает теперь об украинских беженцах. В интервью, опубликованном 8 сентября, глава немецкого МИД поддержал предложение лидера ХСС Маркуса Зёдера о том, что находящимся в Германии украинским мужчинам призывного возраста следует возвращаться на родину.

«Мы ведь знаем, кто здесь живёт: кто, например, получает социальные пособия, кто здесь зарегистрирован, у кого есть вид на жительство», — заявил Вадефуль. По его мнению, Германия могла бы помочь украинским властям связаться с этими людьми и предложить им вернуться. При этом министр специально оговорился, что речь должна идти «без принуждения»: заставлять украинцев уезжать он не предлагает.

Почти одновременно Вадефуль высказал Киеву ещё одно пожелание. Германия, напомнил он, является крупнейшим финансовым и военным донором Украины, а потому немецкая оборонная промышленность должна от этой помощи получать соответствующую выгоду.

«Минимум, что необходимо, — чтобы при всех закупках вы также привлекали немецкую оборонную промышленность», — так министр описал свою позицию, которую, по его словам, уже изложил президенту Владимиру Зеленскому. Берлин сейчас «не вполне удовлетворён» объёмом украинских заказов немецким оружейным компаниям.

Получается примечательный контраст. Сирия пережила гражданскую войну, однако режим Асада пал ещё в декабре 2024 года, новые власти получили поддержку Германии и ЕС, а сотни тысяч сирийцев уже возвращаются из-за границы. Сам Вадефуль во время поездки в Дамаск благодарил переходное правительство за движение к демократии и правовому государству и говорил о стремлении Германии восстановить с Сирией нормальные дружественные отношения. Но от интегрировавшихся в Германии сирийцев Берлин возвращения не требует: напротив, министр подчёркивал, что они могут оставаться.

Украина же продолжает воевать, подвергается ударам, а возвращающийся туда мужчина призывного возраста потенциально оказывается гораздо ближе к действующей армии. Однако именно украинским мужчинам Вадефуль предлагает задуматься о возвращении домой и считает вполне законным, чтобы украинские власти обращались к ним с таким призывом при содействии Германии.

Разумеется, юридически ситуации различаются, и сам Вадефуль ни в одном из случаев не говорил о насильственной массовой депортации. Более того, применительно к украинцам он специально произнёс: «Без принуждения».

Да и европейские структуры пока не считают Сирию одинаково безопасной во всех её регионах. Но политический контраст от этого никуда не исчезает. В одном случае разрушение страны оказывается аргументом в пользу того, чтобы молодые мужчины могли продолжать жизнь в Германии. В другом продолжающаяся война не мешает немецкому министру считать вполне уместным разговор о возвращении мужчин призывного возраста домой.