«Самоцензура — это смерть журналистики»: Илья Козин

При этом он считает что некоторые темы в латвийских СМИ — например, о задержаниях людей, которые считаются прокремлевскими активистами — освещаются слишком скупо.

«Самоцензура — это смерть журналистики. Если есть самоцензура, то это пропаганда, это что-то такое жёлтое в лучшем случае. Редакционная политика — да, но тут критерием оценки, когда например, кого-то приглашаешь на эфир, должен быть ответ на вопрос: в чем смысл этого человека здесь и сейчас, какая его добавленная стоимость. И это главное», — отреагировал Илья Козин на вопрос, допустима ли самоцензура в СМИ вообще и в частности в общественных СМИ и ее влияние на выбор тем и спикеров.

На замечание ведущей о том, что некоторые слушатели спрашивают, почему, средства массовой информации не говорят, скажем, о задержании Владимира Линдермана, он высказал предположение, почему так происходит: возможно одна из причин в том, что ответственные за производство передач люди могут опасаться вопросов со стороны Службы государственной безопасности, или что они просто не хотят давать трибуну «агентам Кремля» и др.

«Когда РФ вторглась в Украину, у нас в Латвии задержали блогера Кирилла Федорова, который якобы прославлял армию РФ и уничижительно отзывался об Украине. Но я до сих пор не понимаю, что конкретно этому человеку вменяют. Я не оспариваю действия правоохранительных органов, но хотел бы, чтобы была дискуссия — о таких случаях в том числе», — поделился гость передачи.

Медиаконсультант, бывший программный директор Латвийского телевидения Рита Рудуша считает, что самоцензура не является проблемой ни для латвийских СМИ вообще ни конкретно для общественных СМИ.

«Есть редакционные решения, о которых можно дискутировать, почему это освещается, а это нет. Я общаюсь в том числе и с российскими СМИ в изгнании — вот там по-прежнему есть самоцензура по полной программе», — сказала она.