Павел Шпрингфельд: король эпизода, которого все знали в лицо, но мало кто — по фамилии

2 октября 1971 года Шпрингфельда не стало. Ему было всего 59 лет. За плечами оставалось больше сотни картин и удивительная актёрская судьба: человек, которому когда-то доверяли Павку Корчагина на театральной сцене, в кино постепенно превратился в одного из величайших мастеров маленькой роли.

Собственно, большая роль у него тоже была — Глеб Заварцев в «Сердцах четырёх». Нелепый, самоуверенный, трогательный ухажёр получился настолько живым, что одна американская газета даже назвала Шпрингфельда «советским Бастером Китоном». Казалось бы, после такого успеха должна была последовать череда главных ролей. Но не последовала. Зато выяснилось другое: Шпрингфельду для создания человека вовсе не требовалось ни полтора, ни даже получаса экранного времени.

Он мог сыграть французского офицера в «Гусарской балладе», Гастона в «Гиперболоиде инженера Гарина», генерала Дубельта в «Старом доме», белого контрразведчика Скунского в «Беге» — иногда несколькими репликами, жестом, выражением лица. Это было старое актёрское ремесло в самом высоком смысле слова: войти в кадр без биографии и выйти из него так, будто зритель эту биографию уже знает.

Последняя роль получилась почти символической. В «Джентльменах удачи» Шпрингфельд сыграл гардеробщика Прохорова — того самого, с уголовным прошлым. Несколько мгновений на экране, и опять готовый человек, которого невозможно спутать ни с кем. Сам актёр фильма уже не увидел: картина вышла через два месяца после его смерти.

В этом — загадка настоящего короля эпизода. Звезде требуется фильм, чтобы зритель её запомнил. Шпрингфельду хватало минуты. И сегодня происходит ровно то же самое: появляется на экране знакомое худое лицо — и мы мгновенно узнаём: «А, этот!» Имя вспоминается чуть позже. А иногда и не вспоминается. Но актёр уже сделал своё дело.

Ксаверий БЕЛЫЙ.