Новый железный занавес: куда ведут Восток Европы чешский взрыв и белорусский переворот

Оба разоблачения поначалу кажутся дурацкими пародиями и вызывают немало вопросов. Но их балаганность обманчива, а на вопросы вряд ли кто-нибудь потрудится отвечать. Можно не сомневаться, что уже на этой неделе обе стороны в противостоянии России и Запада сделают из сказанного далекоидущие выводы. Причем цель у выводов и тех и других будет одна – окончательно убрать полутона и заставить однозначно выбрать сторону всех, кто оказался в пространстве между Западной Европой и Россией.

Вытесняющий взрыв

Сложно сказать, в каком из субботних скандалов больше мрачного абсурда – в чешском или в белорусском. С одной стороны, ставшие мемами Петров и Боширов едут в туристическую Чехию, чтобы взорвать там склад вооружений вместе с работниками. С другой – группа немолодых белорусских политологов и активистов обсуждает в зуме, как им лучше расправиться с Лукашенко и захватить власть. Одних хочется спросить про пражские шпили, других – про то, объявят ли после переворота Черноморск вольным городом. Но чем больше всплывает деталей, тем яснее становится, что и там и там дело серьезное – как минимум, по последствиям.

Чешские власти приводят доводы в пользу своих обвинений, что Петров и Боширов причастны к взрыву на оружейном складе в Врбетице, который произошел в октябре 2014 года и унес жизнь двух работников склада. По их словам, оба были в эти дни в Чехии, остановились в гостинице недалеко от склада и даже заказали себе пропуска на склад, который – коммерческое предприятие и доступен для потенциальных клиентов.

По утечкам в чешских СМИ, есть даже кадры с камер наблюдения, как Петров и Боширов посещают склад за день до взрыва. С того же склада оружие поставлялось на Украину, где тогда шли активные боевые действия в Донбассе. А поставщиком выступал болгарский бизнесмен Гебрев – его потом попытаются отравить в Софии.

Эти объяснения не снимают многих вопросов. Например, почему на том же складе через два месяца произошел еще один взрыв? Или почему чешские власти публично заявили об обвинениях только сейчас, спустя шесть с половиной лет после происшествия? Хотя бывший министр иностранных дел Чехии Петржичек утверждает, что знал про это давно. Но все эти вопросы вряд ли заинтересуют тех, кто будет принимать решения, как реагировать на результаты расследования.

Чехия уже объявила, что вышлет 18 российских дипломатов – всех, кого считает сотрудниками спецслужб под прикрытием. Это означает, что в ответ куда менее масштабное посольство Чехии в Москве будет фактически закрыто, как и чешские консульства в Екатеринбурге и Санкт-Петербурге. Контакты двух стран будут заморожены.

Можно забыть о поставках в Чехию Sputnik V, обсудить которые в Москве в конце апреля собирался чешский вице-премьер Гамачек. Какие теперь могут быть визиты и поставки. Очевидно, будет закрыт вопрос и об участии «Росатома» в тендере на строительство новых энергоблоков АЭС Дукованы, ценой несколько миллиардов долларов. Чехию давно критиковали на Западе за то, что она готова рассматривать энергетические предложения от враждебной Москвы. Теперь возразить что-то на эту критику будет почти невозможно.

Понятно и то, что на одной Чехии все не остановится. Уже сегодня чешские власти начнут консультации со своими союзниками по ЕС и НАТО. Обвинение в государственном терроризме на территории страны НАТО, повлекшем гибель ее граждан, – это серьезнее, чем покушение на двойного агента Скрипаля. В сочетании с темой Навального, дело вряд ли ограничится простой высылкой дипломатов в знак солидарности, хотя и она может свести почти к нулю дипломатическое присутствие многих стран Европы в Москве. Скорее всего, в результате европейские страны заметно сократят взаимодействие с Россией по самым разным вопросам, а уже начатые проекты окажутся под сильным давлением.

Новые порции санкций и осуждений не только исключат поставки российской вакцины в Европу, но наверняка затронут и те сферы, где пока еще сохраняется сотрудничество, – особенно энергетику. Трудно представить, как в таких обстоятельствах может быть достроен и полноценно использоваться «Северный поток – 2». Участие России в строительстве АЭС в Болгарии и Венгрии столкнется с новыми, возможно, непреодолимыми трудностями. Диверсификация импорта газа от российских трубопроводов к СПГ на Балканах и в Центральной Европе получит дополнительный импульс. Даже простые поездки из России в Европу и наоборот могут стать намного сложнее – тем более ввести новые ограничения будет гораздо проще сейчас, когда границы остаются почти закрытыми уже больше года.

Сближающий переворот

Россия, со своей стороны, будет глубже окапываться там, где имеет определяющее влияние, еще жестче реагируя на любые проявления того, что считает западным вмешательством. История с белорусским переворотом показывает, как трудно теперь будет Минску вернуться даже к ограниченной многовекторности. 

Понятно, что пикейные жилеты, рассуждающие о свержении режима в ресторане на Садовом кольце, вряд ли представляли угрозу для власти Лукашенко. А разговоры о том, что заговор организовали США, плохо вяжутся с печальным уровнем его организации. Скорее, оппозиционных политологов в Москву выманил провокатор спецслужб, представившийся мятежным силовиком, а они, воодушевившись, наговорили под камеры на попытку госпереворота.

Но это не отменяет главного: активное участие в операции ФСБ показывает новую степень сближения силовиков двух стран, а публичные заявления Лукашенко, что покушение на него одобрило высшее руководство США, возводят еще одно препятствие для связей Минска с Западом.

Случайно или нет, раскрытие заговора политологов совпало с новой волной активности вокруг интеграционных карт, которые должны унифицировать жизнь в России и Белоруссии сильнее, чем в странах ЕС. А кульминацией активного обмена визитами на высоком уровне станет широко анонсированный приезд в Москву самого Лукашенко 22 апреля, сразу после долгожданного обращения Путина к Федеральному собранию.

Белорусский лидер уже пообещал принять в ближайшие дни какое-то судьбоносное решение. Гадать о том, что это будет, – занятие бессмысленное. Зная любовь Лукашенко к громким фразам, оно запросто может оказаться какой-нибудь мелочью. Но на общий тренд это не повлияет: Москва твердо намерена воспользоваться нарастающими трудностями Минска – от санкций и проблем в экономике до протестов и салонных заговоров, – чтобы максимально тесно привязать Белоруссию к себе, лишив ее всякой возможности для маневра. И не очень понятно, что Лукашенко может и хочет противопоставить этому процессу.

От исторических аналогий часто бывает больше вреда, чем пользы для понимания текущих событий, но трудно избавиться от ощущения, что восточная часть Европы сейчас переживает что-то похожее на то, что вся Европа пережила в 1948 году. Вот всего несколько месяцев назад ничего еще вроде бы не было решено: коммунисты сидели в правительстве Франции, Чехословакия собирала делегацию на саммит о плане Маршалла, а для Германии каких только проектов не предлагали. Но проходит совсем немного времени, и континент делится на два скованных жесткой дисциплиной лагеря.

Причем обе стороны не возражают против появления четкой границы между ними и даже более-менее согласны между собой, где она должна проходить – уточняются лишь мелкие детали. А в целом СССР не готовит коммунистических переворотов в Париже, а США – контрпереворотов в Праге, потому что реалистично оценивают и собственные силы, и то, что готова или не готова принять противоположная сторона.

С тех пор соотношение сил изменилось, а разделительная линия отодвинулась сильно на Восток, но вот обоюдное стремление к ясному и однозначному размежеванию снова похожее. И понятно, что Россия готова смириться с утратой всякой роли в чешской энергетике, а США не планируют прикладывать больших усилий для защиты белорусского суверенитета. Заканчивается время, когда какая-нибудь мелочь, вроде другой даты президентских выборов в Белоруссии, могла изменить контуры быстро формирующегося разграничения. Граница костенеет, исключая возможность не только перехода на другую сторону, но и отказа от выбора стороны.

Максим Саморуков, Московский центр Карнеги.