Много странного творится вокруг памятника Победы в Пардаугаве. Даже уборка цветов бульдозером, выглядящая как явная провокация, почему-то не исследуется спецслужбами на предмет «кому это выгодно». А ведь всего 100 дней назад латышская общественность ласково называла русских латвийцев «своими», отделяя их от «путинских россиян». Но интересно, как латышская пресса враз уподобилась российской – путинской. Журналисты демонстрируют удивительное единомыслие, не пытаясь разобраться «кому и зачем это нужно». И согласны все списать правительству за один только снос «русскому памятнику». И неудержимый рост цен, и нежелание помочь населению в этих условиях (Польша, например, в похожих условиях полностью отменила НДС на продукты). Но наши, похоже, на завтрак, обед и ужин согласны грызть один только памятник. Почему – об этом press.lv расспросил политолога Юриса Розенвалдса.

-Не думаю, что наши- и политики, и пресса — полностью уподобляются российским, — говорит Юрис Розенвалдс. – Например, когда Лавров раскрывает рот, он явно врёт – мы ни на кого не нападали и прочее. Это я к тому, что у нас – явления иного порядка. Нельзя сказать, что латышские СМИ забывают об экономических проблемах и готовы все простить политикам. Вы послушайте Путина: у него все в ажуре, хотя экономика трещит по швам.

Но у вас есть основания удивляться тому, почему латышские СМИ часто с недостаточной долей критицизма отражают настроение общества. Тем более, после 24 февраля, когда латвийских русских многие публично называли своими, нашими, но теперь общество радикализовалось, это факт. Но наши СМИ все же дают разные точки зрения. В том числе, мою – противоречащую общей тенденции. И нигде меня не запикивали и не вырезали и не правили.

В частности, я говорил, что сносить памятник неразумно по многим причинам, например, он имеет и художественную ценность. Разумнее его было бы перенести в другое место. Но да – в обществе нагнетается радикализация и раскол, который в большой мере нагнетают политики и премьер.

Я считаю, неверно было ставить в вину Голубевой слабую работу полиции 9 мая. 9-е как раз прошло спокойно, русских пришло гораздо меньше, чем обычно. Другое дело 10-е мая. Я считаю, уборка цветов бульдозером – это была провокация, плевок в лицо людям, принесшим эти цветы. И спрашивать за нее нужно со Стакиса, чтобы понять – насколько осознанно это подлило масло в огонь радикализации.

-Разве какие-то латышские СМИ пытались разобраться в ситуации? Все бросились нагнетать страсти вокруг сноса памятника.

-Что вы хотите – сейчас предвыборная ситуация. В жизни в отношении русских я вижу разное отношение. В академических кругах отношение гораздо более спокойное. Тот же режиссер Херманис, отличающийся радикальными взглядами, в то же время берет в свой театр российскую актрису Чулпан Хаматову.

-Получается, памятник снесут под влиянием улицы.

-Возможно. Хотя общество неоднородно – сейчас улица берет верх, хотя многие не понимают этой истерии. Памятник-то строили хоть и добровольно-принудительно, на народные деньги. В том числе, высчитывали и с латышей. Но референдум сейчас не проводят – сносить или не сносить.

-Странно, что никто не думает о том, что памятник, возможно, снесут, но русские-то останутся…

-Я не прогнозирую у нас подобия Бронзовой ночи и баррикад. Но отчуждение будет возрастать. И я неоднократно говорил об этом в латышских СМИ.

Человек принес 9-го мая цветок к памятнику – это не значит, что он плохо относится к Латвии. Все остальные дни в году этот памятник стоял себе один и русские у него не собирались.

-Кстати, где они, по-вашему, будут собираться теперь 9 мая (если памятник все же снесут)?

-А что, мало у нас захоронений советских солдат? Их же никто не трогает. То же братское кладбище – где лежат солдаты разных армий. Хороший пример того, чем кончаются войны.

В чем, например, отличие наших событий от сноса Бронзового солдата в Эстонии. Там у памятника были захоронения – прямо в центре города, у трамвайной остановки, люди постоянно топтались по могилам, поэтому его логично перенесли на кладбище. У нас рядом с памятником захоронений нет.

-В недавнем интервью press.lv исследователь Сергей Крук сказал, что памятник снесут, но латыши не перестанут бояться русских. То есть, проблему это не решит.

-Полностью согласен с его мнением. Проблему это не решит. Те, кто его снесут, не избавятся от комплекса неполноценности. Зато это событие перенесет нас в 90-е годы. Исследование показало, что 46 процентов русских латвийцев поддерживают Путина — как мы с ними будем разговаривать? Снос памятника – это проявление не силы, а слабости со стороны латышей.

Я считаю, неверно организовано было 9-е. Неправильно расположили выставку с фотографиями жертв путинской агрессии в Украине. Получилось, что приходящие к памятнику русские, этих фото не увидели. А надо было бы им посмотреть.

-Не кажется ли вам, что и бульдозер и снос памятника – это провокация, которой нужно заниматься спецслужбам, уж слишком непредсказуемым может быть эффект.

-Думаю, кому надо, те занимаются исследованием этих событий. Я могу только констатировать, что эти события ведут к расколу нашего общества. Я их оцениваю как глупость и провокацию. И не понимаю, каким местом надо было думать, сгребая бульдозером цветы у памятника. Или посылая туда бульдозер…

Елена СЛЮСАРЕВА

Юрис Розенвалдс: снос памятника Победы – это проявление не силы, а слабости