«Мы были в миллиметре от краха цивилизации», — говорит Эрик Стендзениекс, гуру рекламы и политический обозреватель, оценивая в интервью «Неаткариге» президентские выборы в США. Разговор продолжился о ситуации в Латвии. Приводим два отрывка из него.

О прошедших выборах в США

-Демократы проиграли, Камала проиграла, леваки, воксисты, трансисты, канцельщики проиграли. И я выдохнул: «Друзья, всех поздравляю. Мы были в миллиметрах от краха цивилизации».

Флаги трансактивистов в мгновение ока исчезли с профилей социальных сетей. Радуга, которая висела там годами, исчезла с новостных порталов.

Недавно президент Эдгар Ринкевич ездил в Давос, и на вопрос о правах трансгендеров ответил, что все зашло слишком далеко. А с момента инаугурации Трампа прошло всего 48 часов. Цукерберг отменил цензуру в Facebook… Американские государственные органы, включая ФБР и ЦРУ, объявили, что прекращают политику DEI (Diversity, Equality and Inclusion) и закрывают соответствующие отделы.

Землетрясения не происходят внезапно. Они просто внезапно становятся заметными. Леволибералы объегорили сами себя: запугали множество людей, заткнули рты всему западному миру и заставили себя поверить, что все их любят. А если кто-то их не любит, то он радикальный консерватор, расист и вообще фашист.

Мне 57 лет, я взрослый человек, я не должен так реагировать, но мы с моим другом Эдди Мейджором утром 5 ноября просто корчились на земле от смеха, глядя на воющих в истерике либералов, на лица ведущих либеральных телеканалов, на стоны Вупи Голдберг: «Аааа, мы все умрем! У женщин больше не будет прав, нас посадят в концлагеря!» Было целое женское движение, в рамках которого они сбривали волосы и планировали отказывать мужчинам в сексе в течение следующих четырех лет — называли это «четыре сухих года».

Я знал, что все это закончится. Мне не верили. Это был социальный цикл примерно на 12-15 лет, это была сексуальная революция, это была эпоха хиппи. Я просто не думал, что все произойдет так резко, что все остановится. За несколько дней, за несколько часов. Как ножом срезало!

О грядущих выборах в Латвии

-Но что происходит здесь? Разве наше правительство не должно быть… остановлено так же быстро? Посмотрите, что они делают! Один промах за другим.

-У этого правительства есть проекты по кра… простите, по освоению денег, которые находятся в стадии реализации, но еще не закончены. Корабль этого правительства движется медленнее, чем корабль всего мира… Поэтому кому-то может показаться, что «Новое Единство» закрепилось там навсегда, как закрепились демократы в США. У «Единства» сегодня есть все: САБ, КНАБ, службы, силовые структуры, суды, прокуратура, СМИ… Да, Римская империя просуществовала, наверное, 1000 лет. Но после 30 лет изучения общества я убежден, что империя «Нового Единства» падет, как и Демократическая партия в США. У них было все, теперь у них нет ничего.

Этому правительству свойственны расточительность и услужливость, оно принимает решения, от которых Европа уже давно отказалась. Например, мы только что создали Министерство по защите климата, в то время как в Швеции оно уже упразднено, а датчане голосуют за атомные электростанции. Здесь все отстает от жизни.

Но иногда наша медлительность – а мы те еще тормоза, куда там эстонцам! – нас спасает. В других странах закончилось то, что здесь еще не началось. Например, привычка трясти толстыми квир-задницами в детских садах еще не дошла до нас так основательно. Как и массовые преступления, изнасилования, теракты, совершаемые иммигрантами из чуждых нам, агрессивных культур.

Я думаю, что следующий Сейм упразднит министерство климата. Зеленая истерия она такая — сначала все аплодируют, а потом вдруг понимают, что бизнес сам не потянет зеленую энергетику без государственной поддержки. Что каждый ветряк топит европейскую экономику, но поднимает китайскую. Китайцы с радостью строят еще пять угольных станций, а у нас «зеленый бизнес» говорит: вы знаете, придется еще раз поднять тарифы. И тогда люди начинают задавать вопросы о ценах на электричество и отопление, о товарах, услугах, налогах. Потом идут на местные выборы, где выражают в бюллетенях все, что думают по этому поводу; потом национальные выборы, потом европейские выборы.

Но все в Европе уже поняли, что те, кто создал климатическую истерию, давно заработали свои миллионы. А те в Латвии, кто верит во все это бескорыстно — просто полезные идиоты. Даже Грета Тунберг только что заявила, что проблема климата больше не актуальна. Видимо, она все-таки когда-то ходила в школу. Впрочем, теперь она топит за Палестину.

Я думаю, что на следующих парламентских выборах избиратели действительно «возненавидят» «Новое единство».

-Но за них голосует целая армия государственных служащих.

-Есть один нюанс. Даже самые лояльные госслужащие в какой-то момент понимают, что когда этот рейх падет, их слишком горячая приверженность ему сделает их чересчур заметными и уязвимыми. Ярый защитники «Нового Единства» первыми полетят из теплых кресел. Особенно серьезно к этому относятся спецслужбы: если они почувствуют, что хозяин слаб и его вот-вот «уберут», они тоже будут готовить пути отступления и распушать свои шкуры перед альтернативными кандидатами.

Уж на что был всем чиновникам чиновник Янис Цитсковскис, глава Государственной канцелярии — бесконечно преданный премьер-министру, «Единству». Но тут один глава правительства, любитель полакомиться икрой, бросил его под танк не моргнув глазом. Уже одно это было мощным сигналом для остальных: вы, друзья мои, просто расходный материал, никто вас здесь не защитит. Честные принципы – не для нас.

Если мы говорим об Эвике Силине… Я вот думаю: если бы ее карьера развивалась не в политической, а в какой-нибудь другой сфере, она бы ездила на белоснежном Porsche Cayenne с номером «EVKA» или «KISKA». У меня нет к ней никаких претензий, она прекрасная женщина, я думаю, ее выкинут из политики, и мы снова встретимся на вечеринке — и тогда я еще раз подмигну ей. Есть не так много людей, которые вызывают у меня отвращение до степени «руки чешутся», даже в политике. Но Кариньш… Если бы он встретил его на улице, то застрелил бы, честное слово.

«Встретил бы Кариньша на улице — застрелил бы, честное слово»: Стендзениекс «Неаткариге»