Более 400 заключенных Саратовской исправительной колонии №3 и областной тюремной туберкулезной больницы заявили о том, что в отношении них применялись пытки и издевательства. Сейчас эти люди воодушевлены надеждами на перемены, превозмогли свой страх, пытаются подать жалобы и добиться справедливости. По сообщениям адвокатов и правозащитников, сделать это не так просто — система активно сопротивляется, и официально принимаются далеко не все заявления.

Саратов — вовсе не какая-то аномалия. Да, первыми были обнародованы материалы из пенитенциарных заведений этого региона и именно там отбывал срок Сергей Савельев — человек, который скопировал и передал правозащитникам видеозаписей пыток. Но из тех материалов, которые опубликованы, уже понятно, что пытки в местах заключения применяются по всей России, в том числе, и в Москве — а ведь пока опубликована лишь небольшая часть того, что оказалось в руках правозащитников.

Несмотря на то, что сначала власти России вроде бы начали реагировать на скандал, последовали отставки и возбуждения дел по некоторым из обнародованных фактов, говорить о каких-то серьезных усилиях по изменению сложившегося положения не приходится.

Попытка коммунистов организовать парламентское расследование пыток была заблокирована провластным большинством Государственной Думы — при том, что после публикации первых материалов архива Савельева спикер российского парламента Вячеслав Володин негодовал и обещал разобраться.

Система работает

Несмотря на случившееся, с ФСИН ничего не происходит — система продолжает работать в прежнем режиме, о чем свидетельствуют новые сообщения о протестах в тюрьмах и колониях России, вызванных жестоким обращением с заключенным. Исполнять обязанности руководителя ГУ ФСИН по Саратовской области назначен полковник Антон Ефаркин, который приехал в Саратов из Москвы, где был замначальника главного оперативного управления ФСИН.

22 октября на сайте проекта gulagu.net были опубликованы сведения о его причастности к пыткам в тюрьмах Красноярского края, где он работал до переезда в Москву, что заставляет усомниться в способности и желании Ефаркина покончить с пытками. Сергей Савельев между тем был объявлен в розыск — несмотря на то, что он официально заявил о том, что покинул Россию и попросил политическое убежище во Франции. Впрочем, главная официозная правозащитница России Татьяна Москалькова пояснила, что пока его ищут как свидетеля.

В более демократичной, чем Россия, стране столь громкая история привела бы к отставке не только главы регионального УФСИН, но и руководителя всего ведомства, а может, даже и к полномасштабному политическому кризису. Отставка главы тюремного ведомства и в России вполне возможна теоретически. Более того, некоторые бывшие руководители ФСИН были осуждены, сами оказались в местах заключения. Но есть важное обстоятельство, которое делает такой сценарий невозможным в 2021 году.

Власть чекистов

С октября 2019 года ФСИН возглавляет генерал-лейтенант ФСБ Александр Калашников. Уже в этом статусе в 2020 году он попал в санкционные списки Европейского Союза, США и Канады — как ответственный за незаконное удержание под стражей Алексея Навального. К сожалению, в созданной Путиным системе власти уже одно это гарантирует Калашникову высокий уровень неприкосновенности, что бы ни происходило в подведомственной ему структуре.

Кроме того, недавно издание The Insider опубликовало расследование о применение пыток в Красноярском крае, при чем многие упоминаемые в нем эпизоды относятся к 2017-2019 годам, когда Александр Колесников работал начальником краевого управления ФСБ. В это же самое время начальником оперативного отдела ГУ ФСИН там был и уже упоминавшийся выше Антон Ефаркин. Может ли быть такое, чтобы глава Красноярского УФСБ ничего не знал о том, что в его регионе существовало специальное место для истязаний и унижений и кроме совпадения дат генерала Калашникова ничего не связывает с пыточным центром в красноярском ЕПКТ-31?

К сожалению, связь нынешнего главы ФСИН и ведомства, из которого он пришел, с пытками в тюрьмах может оказаться гораздо теснее, чем кажется на первый взгляд. На это же с самого начала указывают правозащитники: по их мнению, пресловутые пыточные центры действуют не только в интересах администраций конкретных тюрем и колоний, но и в интересах всех силовых ведомств России, в том числе ФСБ, в структуре которой есть специальное подразделение под литерой «М», курирующее и ФСИН.

Так что, скорее всего, генерал-лейтенант ФСБ Александр Калашников лучше всех знает, где, как, кого и почему пытают в России. Именно поэтому можно предположить, что он будет делать все, чтобы по итогам скандала в системе ФСИН не изменилось ничего. И ему самому, и его начальству, и его коллегам из ФСБ, и товарищам из МВД и СК эта система нужна и удобна именно в таком виде — с пытками и издевательствами, с помощью которых любого человека, попавшего за решетку, можно запугать, «расколоть», жестоко наказать или даже лишить жизни без оглядки на конституцию и кодексы. Так случилось с Сергеем Магнитским, так происходит с тысячами других людей, так может случиться с каждым гражданином России.

Федор Крашенинников, Deutsche Welle.

В тюрьмах России пытают, а силовики ищут разоблачителей, а не устроителей пыток