Круизный теплоход «Александр Суворов» врезался в железнодорожный мост, по которому в тот момент шёл грузовой состав. Металл давил и разрывал людей. Официально заявили о 170 погибших, однако жертв было больше. Никто до сих пор точно не знает, сколько всего людей было на борту. Власти скрывали правду, засекретив материалы о катастрофе.

Эту катастрофу прозвали «мясорубкой на Волге», потому что последствия её были ужасны: по официальным данным, в ней погибло 170 пассажиров, шесть членов экипажа, 49 человек были ранены. Однако настоящее количество жертв в СССР скрывалось — по неофициальным данным, только раненых было больше ста человека, а тела погибших вылавливали из Волги-матушки целый месяц.

Жарким летом 1983 года катастрофу на Волге ничего не предвещало. Пассажиры, которые купили билеты на речной круиз Ростов-на-Дону — Москва, были совершенно уверены в безопасности путешествия. Ещё бы — идти вверх по Волге им предстояло на огромном белоснежном красавце — круизном судне «Александр Суворов», принадлежавшем Волго-Донскому пароходству.

Теплоход был новенький, только что со стапелей чехословацкой компании Národný Podnik Škoda Komárno, его длина составляла больше 135 метров, ширина — 17 метров, водоизмещение — около 4 тыс. тонн, а общая мощность двигателей — 3 тыс. лошадиных сил. Речной лайнер мог вместить 336 пассажиров.
Но это не всё: «Александр Суворов» был по-настоящему роскошным лайнером с богатой отделкой, с прекрасной кухней, баром и двумя ресторанами, танцзалом, солярием, библиотекой и кинотеатром в надстройке верхней палубы — просто мечта советского отпускника! Поэтому не стоило удивляться, что в рейс теплоход пошёл с перегрузом, взяв на борт 330 пассажиров, 55 членов экипажа и 35 человек обслуги — горничных, кухработниц и массовиков-затейников. Были на борту и зайцы — родственники членов экипажа, которым нужно было попасть в Москву. Предположительно, всего на лайнере находилось 438 человек.
Путешествие было весёлым и беспечным вплоть до воскресного вечера 5 июля, когда пароход подошёл к Ульяновску. После 22:00 веселье переместилось из ресторанов на верхние палубы — там скопилось около 250 человек. Гремела музыка в диско-зале, около ста человек в кинотеатре смотрели знаменитый советский детектив «Возвращение «Святого Луки», многие поднялись наверх подышать воздухом и полюбоваться вечерним Ульяновском — хотя уже наступали сумерки, видимость была отличной.

Тем более невероятной оказалась катастрофа: по какой-то причине рулевой направил круизный лайнер в непроходимую шестую секцию железнодорожного ульяновского моста вместо того, чтобы провести теплоход через третью секцию, под которой «Александр Суворов» без происшествий проходил уже 17-й раз! Ничего не понимавшие пассажиры ещё успели заметить, как на мост въехал железнодорожный состав, замелькали вагоны.

В следующую секунду удар в мост срезал и превратил в кашу верхние палубы лайнера. «Удар, вспышка короткого замыкания — и всё полетело навстречу людям», — так описывал случившееся один из очевидцев. Кинотеатр со зрителями и танцпол были в один миг смяты, превращены в кашу вместе со всеми, кто там находился. Дети, женщины в лёгких летних платьях, улыбающиеся мужчины — всё было изрезано, смято, растёрто. Мясорубка.

Из-за врезавшегося в мост теплохода были разрушены железнодорожные пути, несколько товарных вагонов сошли с рельсов и обрушили вниз на теплоход зерно и брёвна. Каким-то чудом у перил моста задержалась огромная цистерна с горючим. Если бы она упала на теплоход — не выжил бы никто.
После удара о мост «Александр Суворов» по инерции прошёл ещё около трёхсот метров и только потом остановился. Машинист поезда, дававший позже показания о катастрофе, говорил, что сверху лайнер казался «накрытым красной скатертью» — из-за крови людей, залившей палубы. Внизу был ад.

Это роковое мгновение разлучило людей — кого на время, кого навсегда. Двое мужчин остались в каюте — выпить водки и поговорить, а их жёны отправились потанцевать. Больше женщин никто не видел. Молодожёны пошли наверх танцевать, но молодой человек забыл внизу сигареты и вернулся за ними. Когда он вышел на палубу, катастрофа уже произошла. Он начал звать жену по имени. Она отозвалась из воды. Тогда мужчина бросился в Волгу и поддерживал израненную жену на поверхности воды, пока не пришла помощь.

Пассажир Владимир П. позже рассказал, как потерял жену: она пошла посмотреть на Ульяновск, а ему вдруг стало лень. После удара он сразу же метнулся наверх и увидел, как по ступеням трапа стекает кровь. Первое, что он увидел, выбравшись на палубу, — это умирающую девушку с оторванными ногами и груды железа вперемешку с обломками дерева и частями человеческих тел. Жену он нашёл, но было поздно — она умерла у него на руках. Кто-то из пассажиров в отчаянии размахивал рядом с ним пиджаком — пытался привлечь внимание людей на берегу.

Помощь пришла только через 40 минут. Ульяновск буквально содрогнулся от ужаса. Всю ночь с теплохода снимали пассажиров — уцелевших и раненых, вывозили изуродованные тела. Больницы и морги вдруг оказались забиты до отказа, хирурги не справлялись с потоком тяжелораненых — почти все, кто выжил той страшной ночью, остались инвалидами на всю жизнь.
Закрытый город

Расследование причин катастрофы началось быстро — той же ночью к месту происшествия прибыли следователи, а через несколько дней была создана правительственная комиссия, которую возглавил член ЦК КПССС Гейдар Алиев. Но помимо этой власти приступили ещё к одной операции — по сокрытию информации о катастрофе от населения. Все материалы следствия были тотчас же засекречены. В газетах по факту случившегося было лишь скупое сообщение, в котором произошедшее называлось «аварией», а Центральный комитет КПСС и Совет министров СССР выражали «глубокое соболезнование семьям и родственникам погибших».

Уже на следующий день город был закрыт, прилетавших родственников в аэропорту встречали сотрудники КГБ и отвозили в штаб, а затем в гостиницу, персоналу которой было запрещено разговаривать с людьми о произошедшем. Из-за отсутствия достоверных сведений город наполнился слухами. Одни шёпотом говорили, что экипаж лайнера отмечал чей-то день рождения и был пьян, другие муссировали версию о захвате теплохода террористами.
Погибших людей собирали буквально по кускам. Работы на теплоходе велись месяц. Однажды туда привезли «суточников» — тех, кого осудили на трое или 15 суток. Так, один из них, увидев покорёженный металл, смешанный с частями человеческих тел, прыгнул за борт.

Следователи быстро выяснили, что капитан судна Владимир Клейменов на мостике отсутствовал — он отдыхал в каюте перед ночной вахтой, на что имел полное право. После столкновения корабля с мостом он якобы сразу оказался в воде, помог какому-то тонущему пассажиру выбраться на берег, но позже даже не принимал участия в ликвидации катастрофы и действиями экипажа не руководил «из-за ранений». На суде будут говорить, что серьёзных травм у капитана не было, но позже выяснится, что у него была травма селезёнки и «оторвана» почка…

Капитан Клейменов.

На мостике оставались двое — первый штурман Евгений Митенков и рулевой Уваров. Причём Митенков, по свидетельствам заходивших в рубку пассажиров, читал книжку, — какой-то детектив, а рулевой Уваров был новичком и не обладал достаточным опытом. Были и другие нарушения: железнодорожный мост был по каким-то причинам не освещён — то есть достаточной сигнализации не было, путевой обходчик не включил огни. В сумерках рулевой, скорее всего, принял железнодорожную будку над шестой секцией моста за квадратный сигнальный щит проходного пролёта и по ошибке направил лайнер туда. Спросить вину с него или со штурмана уже было невозможно — и Митенков, и Уваров погибли в катастрофе. Экспертиза показала, что в момент гибели оба были совершенно трезвые.

Однако всё это не объясняло случившегося: видимость тем вечером была отличной, и заметить, под какой пролёт необходимо вести теплоход, экипаж мог за три километра до моста. Получалось, что виноваты все и никто — железнодорожников к суду по какой-то причине не привлекли. Тогда следствие вцепилось в капитана Клейменова, обвинив его в халатности, в неспособности наладить удовлетворительную работу экипажа и в самоустранении от спасения людей. Суд состоялся уже 10 сентября. Точное количество погибших так и не узнали — Клейменов не знал точно, сколько человек находилось на борту теплохода…

Капитан «Александра Суворова» Владимир Клейменов был приговорён к 10 годам лишения свободы, но освободился через шесть лет и умер через год — не выдержало сердце. Через 25 лет после трагедии у ульяновского моста был открыт памятник погибшим. Он представляет собой кусок фермы с того самого пролёта и православный крест. Теплоход «Александр Суворов» был отремонтирован и передан в Волжское пароходство, а позже куплен частной компанией.

Life.ru

«Титаник» на Волге: крупнейшая катастрофа на речном флоте СССР