С польской кампанией вермахта связано много мифов: что поляки бросались с шашками на танки, что для немцев это была легкая прогулка, что польская авиация была уничтожена на земле в первые дни войны, что Советский Союз начал войну, когда Польша уже практически капитулировала и т.д.

Или, как говорил Вячеслав Молотов: «Надо указать на такой факт, как военный разгром Польши и распад Польского государства. Правящие круги Польши немало кичились «прочностью» своего государства и «мощью» своей армии. Однако оказалось достаточно короткого удара по Польше со стороны сперва германской армии, а затем — Красной армии, чтобы ничего не осталось от этого уродливого детища Версальского договора…»

На самом деле поляки отчаянно сопротивлялись.

Миф об уланах, атакующих танки, возник после того, как 1 сентября 1939 года возле деревни Кроянты 18-й уланский полк польской кавалерии под командованием полковника Казимежа Масталежа пошел в атаку не на танки, а на 20-ю дивизию немецкой мотопехоты, чье продвижение остановил и какое-то время успешно сдерживал. Атака уланов внесла сумятицу в общий ход немецкого наступления, сбила его темп и дезорганизовала войска.

Кавалерийские атаки польских улан проводились по всем правилам тогдашней войны — при поддержке бронетехники и артиллерии. В составе 10-й кавалерийской бригады кроме были еще подразделения танков, бронеавтомобилей, противотанковая и зенитная артиллерия, саперные батальоны и даже эскадрилья штурмовиков огневой поддержки. Не было ни одного случая атаки польской кавалерией на немецкие танки.

Миф о польских кавалеристах был дополнен геббельсовской кинофальшивкой «Kampfgeschwader Lutzow» («Бомбардировочная эскадра «Лютцов»). Знаменитые кадры конников, атакующих танки — немецкая инсценировка.

Добавлю, что 23 сентября произошло одно из последних конных сражений в ходе Второй мировой войны. 25-й полк Велькопольских уланов подполковника Богдана Стахлевского атаковал немецкую кавалерию в Краснобруде и захватил город

Лошади были основной тягловой силой немецкой армии. По штату в пехотной дивизии вермахта было свыше 6000 лошадей.

У остатков сбитого немецкого самолета в окрестностях Варшавы

Не соответствует действительности и миф о том, что польская авиация была уничтожена на земле в первые дни войны. На самом деле перед самым началом войны почти вся авиация перебазировалась на небольшие замаскированные аэродромы. Немцам удалось уничтожить на земле лишь тренировочные и вспомогательные самолёты. Уступая люфтваффе в численности и качестве машин, польская авиация наносила им чувствительные потери. После окончания боёв многие польские лётчики перебрались во Францию и Англию, где влились в лётный состав ВВС союзников и продолжили войну, сбив уже в ходе Битвы за Англию немало немецких самолётов.

Тяжелый бронеавтомобиль Sd.Kfz. 231 (8-Rad) разведывательного батальона одной из танковых дивизий вермахта, уничтоженный польской артиллерией.

Вермахт превосходил польскую армию практически по всем показателям и столкнулся с сильным и неожиданным отпором. Германская армия потеряла около 1000 танков и бронемашин (почти 30 % всего состава), 370 орудий, свыше 10 тыс. военно-транспортных средств (около 6 тыс. машин и 5,5 тыс. мотоциклов). Люфтваффе лишилось свыше 700 самолетов (около 32 % всего состава, участвующего в кампании). Потери в живой силе составили 45 тыс. убитых и раненых.

По личному признанию Гитлера, пехота вермахта «…не оправдала возложенных на нее надежд».

По времени Польская кампания оказалась всего на неделю короче Французской, хотя силы англо-французской коалиции значительно превосходили Войско Польское как по численности, так и по вооружению. За две недели боев в Польше вермахт прошел с тяжелыми боями около 250 км и не смог с ходу взять Варшаву.

На Вестерплатте 182 солдата и 27 гражданских неделю сдерживали атаки 3500 немцев. Почти месяц продолжалась оборона Хельской косы.

Вермахт оказался в довольно тяжелом положении — уже с первых чисел сентября он стал испытывать снарядный голод. Запасов для артиллерии и танков оказалось недостаточно, так как не рассчитывали на столь интенсивные бои и серьезное сопротивление польской армии. Отсюда постоянные телеграммы из Берлина в Москву с требованием немедленного вступления Красной Армии в Польшу.

И 17 сентября 1939 года, когда поляки отчаянно сражаются с Гитлером, Сталин наносит удар им в спину. «Оказалось, что наши тылы, открытые и беззащитные, отданы на милость советской армии, и как раз в ту минуту, когда натиск немцев стал ослабевать, когда растянутые на сотни километров немецкие коммуникации стали рваться, когда мы могли бы еще сопротивляться некоторое время и дать союзникам возможность ударить на открытые западные границы Германии», — писал будущий командующий польской армией в СССР, на Ближнем Востоке и Италии генерал Владислав Андерс.

Солдаты вермахта с красноармейцем на советском бронеавтомобиле БА-20 из 29-й отдельной танковой бригады в городе Брест-Литовск

Две недели в Брестской крепости четыре батальона Войско Польского героически сражались против танковой дивизии Гудериана. Немцы так и не смогли полностью захватить Брестскую крепость. Последний оплот обороны после упорных боев взяли части 29 танковой бригады РККА во главе с комбригом Кривошеиным.

Безвозвратные потери немцев в войне с СССР с 22.6 до 31.7 1941 года (примерно 40 дней) — 44027 унтер-офицеров и рядовых и 2443 офицера = 46,5 тыс. При этом была потеряна громадная территория площадью в 700 тыс. кв. км, что примерно в три раза больше территории Польши, которая сражалась с вермахтом месяц.

Источник.

«Танки, как ногтем шоколадную фольгу, разгладили улан»: мифы о Польской кампании-1939