В Риге не осталось ни одного бара или ресторана «с историей». Заведения открываются и закрываются с калейдоскопической быстротой. И работать в них перестало быть престижно. Но так было не всегда. Свидетельством тому служат две статьи Ю. Гланца — «Ресторанный налог» и «Вас обслужить?», опубликованных в газете «Ригас Балсс» соответственно в 1983 и 1982 годах.

Проделки официанта

В начале 80-х годов прошлого века среди рижских школьников был проведен опрос. И многие весьма высоко оценили профессию бармена и официанта — как престижную. Конечно, официально говорилось о том, что будущие работники общепита будут испытывать чувство гордости за то, что они помогают рижанам и гостям города скрасить свой досуг, несут пользу людям. А на самом деле, естественно, выпускников школ привлекали высокие доходы рестораторов.

При этом к получаемой официальной зарплате они не имели никакого отношения. И Сигуртс Бауманис состоялся именно как официант. Причем в таком престижном ресторане при гостинице «Латвия».

Помните, какие там были варьете, какие очереди стояли на входе? Прошло совсем немного времени, и Сигуртс стал специалистом 4-го разряда. Впереди засияли радужные вершины высшего мастерства. Но вот что происходило на самом деле.

Официант обслуживал компанию из шести человек. Вот его показания: «Я затребовал с них 103 рубля 40 копеек. Они дали 110. Я дал сдачи 4 рубля, и клиент, который рассчитывался, кивнул головой. Я понял, что бежать разменивать деньги для сдачи остального не нужно».

Бежать в тот вечер ему действительно больше было не нужно. Потому что в зал вошли работники ОБХСС. И тут оказалось, что Бауманис обсчитал клиентов только одного этого столика на 47 рублей 12 копеек. Узнав об этом, Бауманис искренне изумился: «При черновой записи я ошибся и по окончании расчета сам удивился, что получился такой большой счет. Я лично предполагал, что обсчет составит 25-27 рублей».

Что ж, у официанта была возможность себя перепроверить. Ведь, не расслышав из-за шума оркестра названную сумму, посетитель попросил ее повторить. И Бауманис торопливо зачиркал в блокноте, а затем торжественно заявил: 103,40.

Этот листок с расчетами был приобщен к уголовному делу в качестве улики. Он испещрен бессмысленным набором цифр, в конце которого был подведен уже известный итог. Итак, Бауманис шел на заведомый обман посетителей.

Это, кстати, подтвердил и он сам, удивившись не самому факту обсчета, а только его размером. Как будто обсчитать на 25 рублей — в порядке вещей, а вот уж на полсотни — криминал.

К сожалению, Бауманис был не одинок. Официант ресторана при гостинице «Турист» В. Синкевич за пол-литра водки, бутылку минеральной воды и пачку сигарет затребовал 50 рублей. Его коллеги из того же ресторана Ю. Полищук и Ю. Ивагло обсчитали клиентов соответственно на 36 руб. 40 коп. и 34 руб. 24 коп.

На что рассчитывают они? Ведь далеко не все посетители ресторана к концу застолья находятся в такой кондиции, что держат счет кверху ногами. Но зачем же заниматься арифметикой именно в этот вечер?

Достаточно взять счет с собой, и потом, если он покажется завышенным, обратиться к администрации ресторана. Копия счета, так же как и кассовый чек, там имеется. Поэтому проверить, что на самом деле заказал посетитель и правильно ли ему подсчитали стоимость блюд, — дело нескольких минут.

Но многие официанты перестали утруждать себя предъявлением сего письменного документа — счета.

Бауманису, к примеру, «помогло» сесть на скамью подсудимых следующее: в тот вечер из-за поломки кассового аппарата он работал на одном месте вместе с коллегой, значит, не мог проконтролировать, какие заказы кто из них принимал.

Также он не имел и своей книжки счетов, копии которых он должен был бы сдать в кассу, так что посетителям было бы бесполезно на другой день предъявлять какие-то претензии. Зато в кармане у Бауманиса оказались неучтенные и за ним не числящиеся бланки счетов, которыми он мог потрясти перед носом особо недоверчивых клиентов.

Мера наказания

Руководство ресторана при гостинице «Латвии» незамедлительно приняло меры — Бауманис был уволен за утрату доверия. Что касается приговора суда, то он гласил: 9 месяцев исправительных работ по месту работы с удержанием 10 процентов в доход государства. Новая работа Бауманиса не имеет ничего общего с обслуживанием.

А вот совершившие обсчет официанты из «Туриста» остались на своих местах. В том числе и Полищук, в отношении которого уже состоялся суд. И теперь год исправительных работ с удержанием 20 процентов он будет «отбывать» с подносом в руках. Сумеет ли администрация ресторана контролировать его работу таким образом, чтобы эти 20 процентов не легли дополнительной «нагрузкой» на счет обслуживаемых им посетителей?

«Свободных мест нет»

Когда-то подобная табличка на дверях заведения была обычным явлением. Это сейчас рижские рестораторы еле-еле выживают, а раньше существовала такая престижная профессия, как швейцар, в обязанности которого входило контролировать поток посетителей. И многие представители этой профессии на этом неплохо неофициально зарабатывали. Периодически работники милиции проводили рейды с целью поимки вымогателей.

Подъезжаем к кафе «Луна». Помните, было такое очень популярное место, расположенное на углу улиц Калькю и бульвара Мееровица. Перед дверью, само собой, нервничает пара. Один из участников рейда показывает соответствующее удостоверение, и швейцар, как ему и положено, гостеприимно улыбается.

Следом идет та самая пара. Поднимаемся в зал. Музыканты и официанты откровенно скучают: свободных-то мест больше половины. Пока инспекторы ОБХСС занимаются своей работой, интересуюсь, почему при такой незагруженности кафе людей томят на улице? Очевидно, швейцар счел, что они недостаточно культурно будут себя вести. Знаете, люди ведь бывают всякие.

Это точно. Например, в тот вечер в «Луне» оказалось пятнадцать человек, хорошо знакомых милиции… Но вернемся к нашим пустующим столикам. Как раз один из них заняла уже знакомая пара. Судя по тому, как молодые люди оглядывают «лунный» интерьер, раньше бывать им здесь не приходилось. Чем же они так провинились перед администрацией кафе?

Размышляя над этим, идем в ресторан «Астория». Когда-то он располагался на верхнем этаже Рижского центрального универмага. Зал встречает свободными местами и грохочущим оркестром. На выходе, опять же по ту сторону двери, встречаем дежурную пару.

«Сколько времени не можете попасть в ресторан?» — спрашиваем. «Десять минут», — отвечают они. Согласен: 10 и даже 30 минут ничто по сравнению с вечностью. И, возможно, даже при наличии свободных мест эти минуты крайне необходимы, чтобы мы, простые смертные, прониклись пониманием того, в какое место нас сейчас впустят. И с соответствующим настроем переступили общепитовский порог. Есть, однако, и другая версия.

На этот раз сотрудники УВД удостоверений сразу не предъявляли. Они просто скромненько встали у входа в пивной бар «Алутиньш». Находился он на углу улиц Гертрудес и Авоту. Прождав традиционные десять минут, напомнили о себе, постучав легонько в дверь.

В ответ появившийся швейцар А. Зузенко заявил традиционное, что свободных мест нет, а если очень хочется отдохнуть, то гоните по рублю. Посетители дали три и прошли в зал. Насчитав немалое количество свободных мест, они вернулись к швейцару и предъявили свои удостоверения.

Что тут произошло с царственно-невозмутимым Зузенко! Бросив на пол трехрублевку, он начал рьяно растирать ее каблуком, чтобы нельзя было различить серию и номер банкноты. Не вышло. Тогда в присутствии понятых, когда уже было установлено, что у него оказались именно те 3 руб., которые загодя были зафиксированы в протоколе, Зузенко бросился через стол, схватил и проглотил деньги.

Такой оборот поразил даже бывших коллег швейцара. Бывших потому, что вскоре он был уволен с соответствующей записью в трудовой книжке.

Со Шкибустсом сотрудники ОБХСС познакомились в ресторане «Даугава». Сейчас на этом месте гостиница «Рэдиссон». Был морозный вечер, люди жаждали отогреть душу, и кто бы мог подумать, что в руке одного из них окажется та же «неразменная» трешка. И опять швейцар меняется в лице, заслышав слова «контрольная проверка».

Правда, к чести Шкибустса надо отметить, что он комедию не ломал, а просто постарался незаметно выбросить роковые деньги. В верхнем кармане пиджака у него обнаружилось несколько трешек и рублевок, но это, согласитесь, не криминал. Тем более что гражданин «взял эти деньги из дома на сок и сигареты».

Хотя действия швейцара подпадали под статью УК «Получение незаконного вознаграждения от граждан за выполнение работ, связанных с обслуживанием населения», но в итоге решением товарищеского суда ресторана «Даугава» все ограничилось только «общественным выговором с опубликованием в печати».

Александр ВАЛЬТЕР

«Свободных мест нет»: как зарабатывали в советских ресторанах