«Мы больше не справляемся с мигрантами, — признает один из шведских чиновников, — формируются банды, растет преступность, особенно высок уровень изнасилований и взрывов, происходят перестрелки и ограбления». Сколько времени потребуется, чтобы подобная ситуация сложилась в Латвии? «Неаткарига» беседует с политическим аналитиком Андисом Кудорсом. Приводим выдержки.

«Интегрируйтесь сами!»

-Статистика неумолима. Если эта тенденция сохранится, то есть если у коренных европейцев будет рождаться мало детей, а у переселенцев — много, это будет вопрос нескольких поколений: демографическая картина изменится коренным образом. И речь идет не только о других национальностях, но и о культуре, ценностях и, к сожалению, преступности.

Проблема мигрантов в том, что они не интегрируются. Тем, кто является радикальным исламистом, местные жители говорят: «Интегрируйтесь!». Они говорят: «Интегрируйтесь сами!». Это значит: местные жители будут жить по правилам, которые проповедуют мигранты.

Секс, наркотики и банды

-Я изучал шведскую статистику: с усилением миграционных потоков количество сексуальных преступлений значительно возросло. Когда сексуальное нападение совершает незнакомый мужчина, 80 % преступников — иностранные мигранты. В 2023 году 58 % всех преступлений, связанных с сексуальным насилием, были совершены мигрантами.

Активно действуют и этнические банды. Это означает, что банда формируется на основе одной этнической принадлежности. Выходцы из Восточной Европы въезжают в Швецию, совершают преступление и уезжают, а местные банды в основном имеют восточное происхождение. Проблема заключается в том, что трудно предвидеть улучшения в странах, чьи двери были широко открыты для иммиграции в течение долгого времени, то есть на протяжении нескольких десятилетий. Это Германия и Швеция.

Религия бывает опасной

Светские люди не понимают, что делает религия и насколько она влиятельна. Но люди верующие, судя по другим конфессиям, понимают это. Если люди религиозны и мотивированы, их невозможно убедить сделать что-то другое — если мы говорим о радикальных исламистах. 15-20 лет назад, комментируя терроризм, было принято объяснять, что социальные проблемы — это самая важная причина, по которой человек становится радикальным исламистом-террористом. Это не совсем так. Их религиозные убеждения были и остаются частью их терроризма. Многие состоятельные, хорошо информированные мусульмане из благополучных семей стали террористами.

Существует четкая связь между иммиграцией из стран с очень разными культурами и ростом преступности. Главное условие — количество мигрантов. При достижении определенной пропорции процесс становится необратимым. Тогда мигранты начинают образовывать анклавы. Пока их число невелико, больше шансов на интеграцию, дети и молодежь будут ходить в школу вместе с местными, и тогда больше шансов, что местные жители их примут. Но если это целый класс, например, пакистанских или афганских мигрантов, то шансы на интеграцию резко снижаются.

Латвия должна вовремя решить, какое небольшое количество мигрантов впускать, а какое — нет. Наконец, мы должны начать учиться на ошибках других стран. И нам повезло: мы можем учиться на ошибках Швеции и Германии, например. Мы можем поучиться у консервативных правительств Нидерландов и Италии решительности действий и смелости называть лопату лопатой. У нас еще есть шанс.

«Мечети в Латвии строить нельзя»

-Мечети в Латвии строить нельзя. В нашей Конституции есть статья 116, которая гласит: «Исполнение религиозных убеждений также может быть ограничено на основании условий, изложенных в настоящей статье». Я сам человек верующий, мне нравится, что христианство в Латвии имеет свободу, есть соображения национальной безопасности, которые показывают, что христианство не угрожает безопасности Латвии.

В Германии, кстати, выяснилось, что службам безопасности трудно следить за тем, что проповедуют местные имамы. Желающие поклоняться своему богу могут собираться вокруг мечетей, но могут и вынашивать преступные планы.

Сколько надо, чтобы Латвия превратилась в мусульманскую страну? Кудорс в интервью «Неаткариге»