Сегодняшнее поколение россиян и латвийцев хорошо знает Алексея Юрьевича Германа — известного режиссера, автора таких лент, как «Мой друг Иван Лапшин», «Проверка на дорогах», «Хрусталев, машину!». А ведь многие его ленты сделаны по книгам, написанным отцом — Юрием Павловичем Германом. Не всем известно, что выдающийся писатель, автор таких книг, как «Дорогой мой человек», «Россия молодая», «Подполковник медицинской службы», — наш земляк…

В биографии писателя говорится, что его жизнь связана с Ленинградом. Все верно. Но родился он на берегах Даугавы — в 1910 году.

Позднее писатель вспоминал о своих корнях: «Я родился 4 апреля 1910 года в Риге. Отец в ту пору был поручиком расквартированного там Малоярославского полка, мать преподавала русский язык в гимназии. В 1914 году отец поехал на фронт, мать вслед за ним отправилась сестрой милосердия, и меня они взяли с собой. Всю войну пространствовал я мальчишкой — то с батареей, то с госпиталем матери».

Юрий Герман — не единственный из известных людей, кто родился в Риге, а в годы Первой мировой войны переехал в глубь России. Вспомним сатирика Аркадия Исааковича Райкина, новатора кинематографа Сергея Михайловича Эйзенштейна, одного из пионеров ракетостроения Фридриха Артуровича Цандера…

В архиве Германов сохранился фотоснимок, сделанный в одном из рижских парков: четырехлетний Юра вместе с родителями. Мать — Надежда Константиновна — в пальто с меховым палантином, отец — Павел Николаевич — в офицерской форме.

Из послужного списка отца писателя видно, что по окончании в 1908 году Киевского военного училища он служил в Риге, а в январе 1913 года «согласно собственному желанию зачислен в запас армейской пехоты по Рижскому округу». И еще одна интересная архивная запись: «Приказом управляющего Лифляндскою казенною палатою назначен столоначальником Казенной палаты с 1 апреля 1914 года». Казенные палаты ведали в губернских городах финансами, стройматериалами. Герман возглавил такую палату в столице Лифляндии.

Уже став известным писателем, Юрий Павлович нередко приезжал в город, где прошло его детство. В 1940 году в Риге состоялся его литературный вечер, на который пришли и его многочисленные рижские родственники, с которыми он даже не был знаком. Более того, нигде в анкетах не писал, что имеет родственников за границей, хотя от родителей, конечно, знал о рижской родне. Такие «провалы в памяти» в годы тотальной шпиономании могли кончиться плохо. Талантливого конструктора Александра Александровича Пороховщикова, создавшего в годы Первой мировой в Риге первый в мире танк, а позднее переехавшего в Москву, в годы культа личности объявили немецким шпионом и расстреляли: припомнили связь с Ригой. Тут все обошлось. Писатель все же не конструктор…

Через год Герман вновь приехал на берега Даугавы — в творческую командировку. Увы, на сей раз вышло даже хуже, чем год назад. Поезд прибыл в Ригу 22 июня 1941 года… Вечером Герман выехал в Ленинград.

Во время Великой Отечественной войны писатель стал военным корреспондентом ТАСС и Совинформбюро на Северном флоте. Из Архангельска часто вылетал в Мурманск, Кандалакшу, по нескольку месяцев жил в Полярном, выезжал на передовые позиции, ходил в походы на боевых кораблях Северного флота.

После его поездки на Карельский фронт зимой 1942–го появилась повесть «Далеко на Севере», затем пьеса «Конвой» — о проводке караванов по северному морскому пути. Прототипом главного героя стал друг писателя Элизбар Шабанович Гогитидзе — капитан транспортного судна. Когда его судно шло в составе каравана из США в Архангельск, фашистские самолеты напали на транспорт. Возник пожар, но экипаж сумел благополучно доставить боевой груз к берегу. Премьера пьесы состоялась 23 февраля 1943 года — в 25–ю годовщину Красной армии и Военно–Морского флота.

В Архангельске Герман заинтересовался событиями петровских времен. Он находил время изучать архивные материалы, прочитал немало книг о Петре I на Севере, о строительстве Новодвинской крепости. Начинается работа над романом «Россия молодая», которая будет закончена спустя семь лет — в 1952 году.

Все вроде бы замечательно. Пьесы ставят, книги выходят, главы из них печатают известные газеты. И все же Герман — под «колпаком» ЦК. В печально известном Постановлении ЦК ВКП(б) от 14 августа 1946 года «О журналах «Звезда» и «Ленинград» прошлись и по нему: «Ленинградская правда» допустила ошибку, поместив подозрительную хвалебную рецензию Юрия Германа на творчество Зощенко…»

Сын писателя Алексей вспоминал: «Отец часто попадал в беду, и одна из них была связана с книжкой «Подполковник медицинской службы». В ней отец в страшном сорок девятом, несмотря на предупреждение, что не сносить ему головы, открыто поднял голос против официального в стране антисемитизма. И был наказан: его исключили из Союза писателей, описывали имущество, он ждал ареста… К счастью, этого не случилось…»

После войны писатель не забывал Латвию. В 1950–х он приехал в Дом творчества писателей в Дубулты — работал над вторым изданием романа «Россия молодая». Писал драматургу Евгению Львовичу Шварцу, что за работой только слышит, как «море–океан шумит». А в 1960–м, в дни 50–летия, «бежал» в Ригу с женой и сыном, где укрылся от ленинградского шума в гостинице «Рига». Она считалась тогда одной из лучших в стране. (Но и там были проколы. Журналист «Комсомолки» Ярослав Голованов вспоминал, что «даже в «Риге» итальянскому туристу, заказавшему в номер еду, долго ее не приносили. А когда принесли, импульсивный итальянец с криком: «Мама мия!» выбросил весь поднос в открытое окно.)

Герман умер в 1967–м в Ленинграде — от рака. Последняя его книга, которую он заканчивал уже тяжело больным, называлась «Я отвечаю за все».

На родине отца бывает и сын писателя — Алексей Герман. Он помнит взморье еще 1950–х, хотя не испытывает ностальгии к здешним местам. В интервью одной из рижских газет Алексей Юрьевич говорил: «Вам будет небезынтересно узнать, что вся моя семья — выходцы из Риги. Хотя к латышам они никакого отношения не имели. Мой дед Павел Николаевич Герман служил заместителем рижского столоначальника, то есть царской администрации, а до того он был поручиком Малоярославского полка… Вообще–то род Германов пошел от подкидыша: моего далекого предка вырастил–выкормил русский генерал, дал офицерское образование, после чего все Германы были военными. Вплоть до деда, который, выйдя в отставку, остался служить в Риге…»

Впрочем, Алексей честно признался, что «биения родной жилы в Латвии не ощутил». Даже на премьеру его ленты «Хрусталев, машину!», которую он привозил, на второй день пришло всего ползала, а в Литве сеансы шли с аншлагами…

Илья ДИМЕНШТЕЙН.

Рижские корни известного советского писателя Юрия Германа