Всякий раз, когда от массового россиянина требуется внезапное и сверхмерное напряжение патриотической мышцы, ему в качестве стимулятора духа начинают являть по федеральным каналам неизменного «Брата» Алексея Балабанова, полируя сверху для верности «Братом-2».

Фильмы «Брат» и «Брат 2» стали (на мой взгляд — абсолютно незаслуженно) символами таких отрицательных вещей, как великорусский вульгарный шовинизм «не брат ты мне, гнида черножопая», поиск и агрессивное утверждение глубинной русской сермяжной истины «у них там всё за деньги, а у нас — сила в правде» и поэтому мы у вас, за то что вы так сильно неправы в наших глазах, в имя правды силой заберём все деньги, а вас убьём.

Фильмы «Брат» и «Брат 2» крутили во время присоединения Крыма, а фразу героя Виктора Сухорукова «вы мне, гады, ещё за Севастополь ответите» кремлёвские пиарщики форсили в виде мемов и цитировали в новостях на федеральных каналах, совершенно не стесняясь того, насколько постмодернистски смешно звучит фраза «я вот думаю — сила в правде» в эпицентре фабрики кривды и в устах каждого из них.

Сила не в правде, а в том, кто безукоризненнее врёт о том, что его правда «правдивее» — негласно звучал это тезис. Мне всегда казалось это странным, а любовь к «Братам» у широких слоёв агрессивно-патриотических пролетариев я воспринимал через призму сетевой притчи о Будде: кто-то видит Будду, а кто-то говно, согласно тому, чего в нём самом больше.

Дело в том, что пропаганда (в этом случае совершенно топорно, но и этого оказывается достаточно для тех, кто «сам обманываться рад») записывает в ряды оголтелых сторонников великодержавной Руси и всех действий Путина главного героя, главный символ, подаренный и оставленный нам Алексеем Балабановым — Данилу Багрова, справедливого, сильного, смелого, русского, глубинного, настоящего в противовес наносной фальши и шелухе.

Данила Багров — одновременно и былинный русский богатырь-заступник, и Максим Камерер из «Обитаемого Острова» Стругацких и одновременно — постсоветский Иисус или как минимум — ангел, заступник и несущая возмездие сила. Человек не от мира сего, а откуда-то *оттуда*, где правда осталась правдой, любовь — любовью, а братство — братством.

Заочная запись Данилы Багрова (и самого Сергея Бодрова-младшего) в ряды ура-патриотов (прямо как ветеранов бессмертного полка — власть вообще любит присваивать не имущих сраму бессловесных мёртвых) происходит при молчаливом согласии отцовских гробов. Путинские идеологи от рейдерской юриспруденции с недавних пор усвоили, что в любую сторону разворачивающимся дышлом является не только закон, как источник права на владение и хозяйствование, но и история, как источник права на владение и хозяйствование (этим-то она им и интересна)

Однако, если приглядеться и вдуматься, идеологическая надстройка *присвоения* и *аналогии* рассыпается в пух и прах. «Деды воевавшие» воевали, например, ровно с теми, кого так старательно копирует власть нынешняя — с порождениями немецкого фашизма, от Громовско-Песковской пропагандистской «геббельсовщины» до Эшно-ФСБшной «гестаповщины» и жёлтых, практически иноагентстких нашивок на одежду нежелательным элементам. И даже Пригожинские структуры косплеят, если не сказать *пародируют* структуры Эрнста Рёма с его армией внегосударственных маргинальных штурмовиков.

Все фишки нацистской Германии, вплоть до создания «национальных дивизий ZZ» из нац.меньшинств (в российском случае — из бурят и тувинцев) и даже то, что не удалось гитлеровцам — создание отдельной чеченской дивизии «Эдельвейс» — получилось реализовать с кадыровцами на службе у путинского режима.

Вряд ли наши мёртвые героические деды хотели бы возглавить безмолвными лицами парад всего вот этого и от того хорошо, что мёртвые не имут сраму.
Похожая история при ближайшем рассмотрении происходит и с Данилой Багровым, лирическим героем и вершителем народной справедливости, правдорубом, которого записывают в конъюнктурные великорусские красно-коричневые имперские шовинисты.

О, нет, друзья, именно таким героем, воплощающим все отрицательные черты того самого «глубинного народа» является Брат Старший, герой Виктора Сухорукова.
Завязанный с криминалом, именно он вовлекает Данилу, родного брата в свои тёмные дела, подставляет под опасность, а после кидает на деньги. Именно он любит деньги больше всего на свете, не пройдя испытания постсоветской бедностью 90-х и является полноценной *акулой мутной воды*, одним из устроителей того мира, которому противостоит и противопоставляется Данила.

Именно Брат Старший является махровым шовинистом, не видящим разницы между болгарином и румыном (как какой-нибудь военкор между бурятом и тувинцем или между даргинцем и лакцем). Именно он призывает «бандеровцев» почему-то «ответить именно перед ним за Севастополь».

Именно он при первом удобном случае хочет перебраться и жить в Америке (прямо как какой-нибудь очередной депутат или министр из расследований Навального) при этом презирая местные обычаи и законы, кутя и буяня, желая фактически не «переехать в Америку», но устроить на новом богатом месте «новую Россию», превращая место пребывания в «Россию старую» нежеланием отказаться от своей глубинно-маргинальной сути.

Данила Багров возвращается домой, но Брат Старший остаётся на столь ненавидимом, но столь вожделенном западе, негодуя, что тот не совсем такой, каким он его себе представлял и диктатуру денег там немного портит диктатура закона. Саундтреки к фильмам «Брат» и «Брат-2» стали культовыми, как и фильмы, но вряд ли половина задействованных там русских рокеров, выступающих ныне на «z-концертах» понимают, в чём они на самом деле приняли участие и что эти два фильма после всего произошедшего — их единственный билет в будущее, куда они, благодаря счастливому случаю едут зайцами, словно юные говнари в электричке на фестиваль «Нашествие».

Я обожаю тонкие остроумные балабановские панчлайны с двойным дном, которые произносятся героями, закольцовывают сюжет, становятся фразеологизмами. Удивительно, но из фанатов фильмов их мало кто замечает. Один из таких Данила Багров произносит, сидя рядом с хоккеистом, пересчитывающим сумму гонорара и указывающим на мелкую недостачу.

Данила сентиментально говорит: «ты сейчас так на брата похож», имея ввиду брата хоккеиста, с которым знаком лично. Пафос этой сцены в том, что русский бессеребреник думает о лирических родных вещах, всматривается в лицо, *видит перед собой человека*, усматривая *корни*, в то время как «обамериканизировавшийся» хоккеист думает только о деньгах, эти самые корни утратив.

Но второе дно и грань момента (и в этом его гениальность) в том, что Данила не уточняет, о каком брате говорит, словно имея ввиду одновременно и своего брата, того, что так любит деньги, того, что всегда был «меркантильным презирающим с ног до головы собственное отечество Смердяковым» ещё среди родных берёз, что не мешало ему ставить себя выше других на любом основании, одним из которых была его формальная *русскость*.

А правдоруба Данилу Багрова, видевшего грязь, ужас и подлость первой чеченской войны, слушающего ранние песни «Наутилуса» на пронзительные стихи Ильи Кормильцева, рассорившегося с Бутусовым из-за походов последнего в Администрацию Президента, этого Данилу можно легко представить поднимающимся по пожарной лестнице в Москоу-сити или на Останкинскую телебашню и объясняющему лжецам Соловьёву, Киселёву или даже Пескову, что сила в правде.

Этого Данилу можно легко представить расстреливающим из УЗИ подпольную фабрику пропагандистских троллей на зарплате. Этого Данилу можно легко представить вывозящим терпящую лишения беженку домой. Этого Данилу можно представить в военкомате с самодельным обрезом, произносящего полную спокойной силы фразу: сейчас все домой пойдём.

Этого Данилу можно легко представить слоняющимся по праздной, сытой, иллюминирующей Москве, не умеющим уместить в голове, что где-то совсем рядом, в десяти часах пути на самом медленном поезде идёт страшная, беспощадная, бессмысленная, несправедливая война, а здесь, среди непрекращающегося кутежа нет никого, кто мог бы или хотя бы пытался её остановить. А многие не просто не пытаются, но питаются той войны эхом и питают её сами. «Говоришь, город — сила. Но здесь слабые все».

Этого Данилу легко представить случайным мрачным гостем на богемной вечеринке в Домжуре или Маяке, где он говорит новому знакомому, видя всю его суть: «Ты военкор, да? Я вообще-то военкоров не очень…»

И даже та самая фраза, делающая из Данилы Багрова великорусского шовиниста «не брат ты мне, гнида черножопая» смотрится таковой лишь когда она вырвана из контекста сцены и произносится им в ответ на заискивающую манипуляцию банального этнического гопника, в ответ на попытку «сойти за своего уличного волка». Это происходит, когда Данила пресекает беззаконие и травлю робкого вежливого кондуктора в трамвае.

На чьей стороне был бы Данила Багров, если бы таджикского дворника, делающего двор чище за копеечные деньги, воруемые чиновниками, так же травили, скажем, скинхэды? Декларируемые ценности Данилы не оставляют нам двоякой трактовки. Поборник справедливости и сермяжной глубинной правды был бы на стороне слабого.
И, кстати, наш Данила вовсе не «антиамериканец», он не враждебен Америке, а она не враждебна ему, хоть он и не остался там жить (а зачем, ведь у него есть родина, в отличии от его брата) Вспомните, в ком Данила обрёл своего на чужбине, кто разделил с ним все тяготы момента, кто стал для него больше чем братом, ибо братьев не выбирают, но Другом. Это был американец Бэн. «Бэн, это Данила. Ай нид хэлп» И Бэн всё сделал. Ибо человек. Как и Данила.

И если попытаться, отдавая дань моменту нынешнему (если эти фильмы, не спрашивая у Балабанова, а точнее — пользуясь отсутствием такой возможности, без зазрения совести рифмуют с сегодняшним днём пропагандисты всех мастей, то почему нельзя это сделать и мне, тем более что рифму *в отличии от* я нашёл богатую), так вот, если попытаться рифмовать дихотомию отношений Брата 1 (Данилы Багрова) и Брата 2 (Виктора Сухорукова), то нынешний конфликт «двух братских народов» вполне укладывается в эту парадигму.
Россия — это меркантильный, маргинальный, живущий прошлым старший брат, пытающийся вовлечь младшего в свою игру, не особо интересуясь его мнением. Она то давит на жалость, то на силу, манипулирует и страшает, соперничает с Америкой, тайно мечтая *стать ею*, декларирует ценности, которым не соответствует сама и является эпицентром, израненным телом и одновременно причиной вечной войны самой с собой в одиночной камере.

Младший же брат, сохранивший в себе простые, но незыблемые ценности, дающие ему удивительную былинную силу взять и сделать по справедливости, сломать систему лжи и манипуляций перевернув стол на карточной игре с шулерами, ценности, позволяющие провозгласить правду, дающие силу быть заступником и по факту проявлять заступничество за ценности, за землю, за семьи, за людей, *за своё*, этот младший брат — это Украина. И по факту наличия этих ценностей по гамбургскому счёту истории и перед лицом будущего этот брат и есть Старший.

Что бы ответил Данила Багров в ответ на заискивания получившего по сусалам имперского маргинала, ещё некоторое время назад певшего совсем другую песню?

— Не брат ты мне, гнида чёрно-жёлтая.

Павел Пряников aka Дореволюцiонный Совѣтчикъ.

Если сила в правде, то на чьей стороне был бы Данила Богров?