Польша и Германия имеют непростую историю отношений. В конце XVIII века немецкие орлы и русский медведь поделили впавшую в бардак Речь Посполитую. Едва Польша успела возродиться и снова заполучить Вильно и Львов, как опять пришли немцы. И русские, как же без них.

Сейчас Польша и Германия — союзники по НАТО и собратья по ЕС. Но и ныне их отношения оставляют желать лучшего. Берлин дисциплинированно воплощает ценности евробюрократии. Он политкорректен, мультикультурен, многовекторен и экономен.

Варшава с каждым годом всё консервативнее и воинственнее, она всё мрачнее смотрит на «предательский» Брюссель. И на сомнительных немцев, снова норовящих что-то решать с русским медведем, — отчего у поляков от исторических ассоциаций начинает дёргаться глаз. По мнению Варшавы, германцы за войну должны платить и каяться гораздо больше. Особенно платить. А в идеале и русские тоже. Ведь последние века они только и делают, что Польшу обижают.

Несмотря на все противоречия, войны между сильнейшими экономиками Западной и Восточной Европы пока что быть не может. Однако эта завораживающая воображение мысль не даёт покоя ни шизомилитаристам, ни буйным патриотам обеих стран.

Первые клепают обзоры разной степени серьёзности — лучшим из них стоит признать вариант Лягушонка Бинкова. Вторые лепят пафосные видео под эпическую музыку. В них — то героические поляки гоняют изнеженных немцев и спасают европейскую цивилизацию от «понаехавших сарацин», то Четвёртый рейх поднимает ввысь знамёна над «украденными славянами Померанией и Силезией».

Все хотят кому-то что-то перепоказать.

В комментариях, правда, большинство европейцев болеют за поляков. Уж очень хорошо прошлые германские победы запомнились.

Есть и третьи — немецкие и польские «всёпропальщики». Эти считают, что именно у них идиоты во власти и тупое командование всё развалили. Воевать нечем и некому, всё поломано и заржавело. А победит тот, кто первым добежит до телефона Белого Дома. Или, для разнообразия, Кремля — или Пекина.

Так всё же, если Берлин на Варшаву пойдёт — кто победит?

Условия игры

В любом сколько-то мыслимом сценарии всё решит то, на чьей стороне будет «лесник» США. Противной стороне проще сразу сдаться. В теории кто-то может связаться с русскими — но тогда конфликт превратится в игру «как перестать стесняться и развязать Третью мировую». Это не наш случай.

Что же делать?

Разовьём некоторые тренды.

Польша чем дальше, тем больше правеет. «Право и справедливость» отбирает у левых и либералов повет за поветом, воеводство за воеводством. Ультрапатриотизм, национальные ценности, религия и исторические обиды заходят польскому избирателю «со свистом». Отсюда два шага до того, чтобы разругаться со всеми соседями. И даже с американцами. Например, если те откажутся спасать Польшу от сибирских медведей размещением в ней половины своих сухопутных войск. Да ещё и потребуют платить больше, чего не потерпит гордая душа.

Немцы пока удерживаются в рамках приличия. Соглашаются посыпать головы пеплом за зверства дедов и прадедов, образцово принимают сотни тысяч беженцев. Но и их может перемкнуть. Когда перемыкает немцев — всем окрестностям становится грустно.

Если в Германии победят наци, кирпичное производство Европы вырастет в разы. «Возрождению самосознания и гордости германской нации» понадобятся победы.

Естественно, в реальности их к власти никто не пустит — против такого сценария мигом объединятся не только Вашингтон с Москвой, но и почти все европейские столицы. Всё же допустим, что случилось немыслимое. Первой целью неизбежно станет Польша. Ведь ей «нечестно» достались самые большие части бывшего рейха. Пепел Данцига, Бреслау и Штеттина тяжёлым грузом лежит на сердцах любителей старых маршей и формы с серебром.

Утомлённые европейскими дрязгами американцы выведут и атомное оружие из Германии, и комплексы ПРО из Польши. «Дальше сами, с нас попкорн, оптом скидки».

Вскоре обе страны стоят в гордой позе окружённых д’Артаньянов посреди изумлённой Европы. Варшава громко требует с Берлина попуститься и репараций, Берлин — вернуть взад Померанию и Силезию. Так и до пальбы недалеко.

И вот теперь сравним потенциалы. Оперировать будем десятками единиц техники — точное число плавает и быстро устаревает.

Для начала обнаружим: Польша, конечно, стронг, но бардака в Войске Польском хватает. Вот только и у немцев в вооружённых силах царит бедлам, от которого на том свете в обнимку рыдают Бисмарк и Фридрих Великий.

Люфтваффе: козырь рейха с отвалившейся электроникой
Современные войны выигрываются прежде всего в воздухе. Здесь превосходство вроде бы на стороне немцев.

Число «Еврофайтер Тайфун» в рядах люфтваффе карабкается к полутора сотням. Это не пятое поколение, но всё же серьёзное современное оружие. Правда, почти на всех немецких «тайфунах» не работает система предупреждения о вражеских пусках. Поломалась из-за плохого обслуживания, а запчастей для ремонта не хватает. Завод закрыли эффективные менеджеры.

«Тайфун» ВВС Германии

ВВС Польши могут ответить им почти пятью десятками F-16C block 52M в трёх эскадрильях. Неплохо и почти сопоставимо. Вот только в три раза меньше.

Зато поляки успели неплохо освоить эти машины и преодолеть проблемы, над которыми лет десять назад очень потешалась российская патриотическая пресса.

Ещё у братьев-славян есть три десятка МиГ-29. Древних версий А и УБ, в основном подаренных немцами из закромов ГДР. Трогательно и ностальгично, но уже несерьёзно. И они в последнее время бьются с устрашающей частотой.

Миг-29 ВВС Польши

Сейчас Польша хочет закупить у США 32 F-35A. Но на это понадобится более пяти миллиардов долларов и не один год. Впрочем, если поляки их таки получат и машины оправдают свою цену, это даст Варшаве неплохое преимущество.

Ведь немцы заказывать эти машины гордо отказались, они рассчитывают на новые версии «Еврофайтера». И начали проектировать с французами собственный самолёт пятого поколения. Но, если вспомнить многолетние драмы с разработкой и освоением всех прочих самолётов этого уровня — становым хребтом и гордостью люфтваффе они станут очень не скоро.

Ударный компонент люфтваффе — до девяти десятков истребителей-бомбардировщиков «Панавиа Торнадо». И две дюжины этих самолётов в варианте РЭБ.

Против них у поляков есть три десятка Су-22. Грозное оружие конца холодной войны, до сих пор обижающее врагов Асада в Сирии. Но с тех пор прошло тридцать лет. Немецкие «Торнадо» — тоже не первой молодости. Но всё же солиднее, и их больше.

Не так уж много у обеих стран главного оружия воздушной войны — ракет среднего радиуса действия. Польша не так давно закупила ещё 150 AMRAAM, но даже на воздушное дежурство над Балтией предпочитает выставлять древние МиГ-29 с Р-27. Немецкие склады тоже совсем не бездонны, и вообще поговаривают о дефиците боеприпасов в люфтваффе.

Основу ПВО Польши составляют 17 батарей С-125. Да-да, та самая «Печора», которая ещё в 70-е стреляла по израильтянам на Синае и Голанах. Поляки сумели её проапгрейдить и для пущей суровости взгромоздили пусковые на шасси танка Т-55 — но всё равно это прошлый век. Вскрывать такую ПВО ВВС западного образца умеют, любят, практикуют. Немцы сами этим не занимались (разве что в Югославии), но хорошо представляют, как это делается по опыту американцев.

Польская С-125

У самих же немцев есть десять батарей «Пэтриот». Тоже не хай-энд по современным меркам, но ничего сравнимого с раритетной «Печорой».

Шансы Варшавы может повысить поставка семи десятков малозаметных крылатых ракет воздушного базирования AGM-158B JASSM. Они специально предназначены для «взлома» новейших систем ПВО и поражения целей под серьёзным «зонтиком». Однако возникает вопрос их наведения: у поляков очень грустно с большинством форм дальней разведки. Хуже, чем у не блещущих в этой сфере германцев: самолётов AWAKS нет ни у кого.

Поражение нестационарных целей может оказаться стрельбой золотыми пулями по воробьям. Улетевшим.
Со стационарными целями свои сложности. К примеру, можно на некоторое время повредить авиабазы — но тевтоны их довольно скоро починят. И авиабаз многовато. Если только превентивным внезапным ударом.

С ударными вертолётами всё ещё тоскливее. Против почти пяти десятков немецких «тигров» при всех их проблемах у поляков есть старые Ми-8. И свои PZL W-3 — которые представляют собой глубокую модернизацию дедушки советских и российских серийных вертолётов Ми‑2.

Жечь танки ПТУРами немцам на «тиграх» будет гораздо проще. Правда, «тигры» тоже не очень-то летают. Из поставленных в 2017 году семи машин этого типа боеспособны оказались две. Остальные пришлось вернуть на завод для исправления брака, особенно в электронике.

В целом, если немецкие механики и промышленники как следует возьмутся за дело, у Берлина есть солидные шансы победить в воздухе. «Если» — хорошее слово. Но будем исходить из того, что в воздухе тевтоны таки сильнее. Польше до получения и освоения F-35 будет трудно прикрывать свои войска и авиацией, и системами ПВО.

«Тигр» ВВС Германии

Поляки, конечно, склонны увлекаться, но это заставит их в любом мыслимом сценарии не пытаться устраивать танковые броски на Берлин. Зато немцы, если их таки перемкнёт, могут решиться повторить 1939-й. Ведь ляхи «украли исконно немецкие земли» за Одером и Нейсе!

Смогут ли немцы повторить блицкриг?

На суше превосходство немцев выглядит более сомнительно.

Сухопутные силы поляков больше — 77 тысяч против 62 у тевтонов. Ещё у Польши стараниями неугомонного пана Мачеревича с недавних пор есть силы территориальной обороны в 17 тысяч человек. Милиционные отряды из патриотов с лёгким оружием, обученных базовым военным премудростям, партизанщине и контрпартизанщине. В Германии же правые парамилитарес с оружием — ситуация пока что политически немыслимая. Конечно, если к власти придут наци, они постараются их создать, но…

У Войска Польского есть тысяча танков. В том числе 250 немецких «леопардов-2» — уже изрядно устаревших четвёртой и пятой моделей. Остальные — Т-72 и их «прокачанная» версия PT-91. Всё это многочисленно, но к концу 2010-х несколько архаично.

К тому же поляки умудрились продать немцам единственный завод танковых двигателей, который немедленно был закрыт.

Ибо зачем вам свои танки? Покупайте «леопарды»! Они квадратиш, практиш, гут, а за обслуживание, запчасти и модернизацию извольте заплатить Берлину.
В случае конфликта с танками всех типов у Польши очень скоро возникнут большие проблемы.

Немцы могут ответить на это всё теми же «Лео-2». Длинноствольными и более продвинутыми, от «шестёрок» до хайтековых «семь-плюс». Но… всего тремя с лишним сотнями. Впрочем, на немецких складах можно найти ещё сотни этих машин более старых версий, были бы желание и деньги.

Поддержку современным немецким танкам с продвинутыми системами управления огня могут оказать десятки ударных вертолётов «Тигр». Если, конечно, их починят.

«Леопарды» и «пумы» ВС Германии

Новейшие немецкие БМП «Пума» продвинутее и солиднее польских колёсных «росомах». Но у них и проблем больше. В 2017 году из 71 «Пумы», поступившей в бундесвер, боеспособными оказались только 27. Серьёзнее выглядят и немецкие БТР «Боксер». К тому же у поляков семь сотен «росомах» разных типов выполняют роли и БТР, и БМП.

В закромах и частях второй линии у немцев есть тысяча БМП «Мардер». У их потенциальных противников — тысяча короткоствольных БМП-1. Что печальнее. Ибо даже старые «мардеры» по боевым возможностям ближе к БМП-2.

Полевая разведка у Берлина несравнимо сильнее, многочисленнее, и оснащена современной техникой вроде «феннеков». У Варшавы — десятки безнадёжно устаревших БРДМ-2 и БРМ-1.

В дополнение к старым «гвоздикам» и «данам» у поляков есть очень неплохие 155-мм САУ «Краб» собственной разработки и производства. Которые, если и хуже знаменитых немецких PzH-2000, то не слишком. Именно артиллерия — и ствольная, и реактивная — та сфера, где поляки хотя бы по количеству стволов укладывают немцев на лопатки. Тут уже у них сотни против десятков. Вопрос, как всегда, в разведке и боевом применении. А также в прикрытии от ударов с воздуха и своевременном сматывании удочек от контрбатарейного огня.

САУ «Краб» ВС Польши

В целом немцы превосходят поляков при драке «один на один», но Германия не сумеет устроить блицкрига в Польше. По технике на суше она не имеет необходимого превосходства. Если судить по списочной численности, гипотетическая война будет тяжёлой и долгой. Перевес чем дальше, тем больше будет склоняться на немецкую сторону, но слишком неспешно для уверенной победы.

На стороне поляков, неизбежно принуждённых к обороне, ко всему прочему будут широкие реки Одер и Нейсе. Немцы, возможно, сумеют пройти Нейсе и двинуться к верхнему течению Одера в Силезии — но вряд ли это будет решительный прорыв. А в тылу начнут бардачно, но свирепо партизанить птенцы гнезда Мачеревича из сил территориальной обороны. Для того их и учили.

При этом вполне вероятно, что обе стороны довольно скоро столкнутся с нехваткой боеприпасов и испытают снарядный голод, если заранее не расширят производство.

А на море безусловное превосходство немецкого флота упрётся в категорическую нехватку десантных кораблей и отсутствие ударных крылатых ракет на кораблях. Ибо негоже былым агрессорам иметь такое на борту, даже если они много десятилетий образцово-показательно лояльны ценностям современного западного мира.

Фрегаты ВМС Германии

Десантов в Померании и ракетных залпов по Гданьску и Эльблонгу не будет, даже если весь польский флот отправится на дно Балтийского моря. Нечем. Если только эрзацы из сухогрузов и паромов собирать. Но это не очень осмысленно.

Козыри в рукаве Берлина

У немцев есть превосходство в области систем разведки, контроля поля боя и управления войсками. Это очень важно.

Вспомним обе иракские кампании. Ирак проиграл не от трусости солдат и не от слабости советского оружия. И даже не от тотального превосходства коалиции в воздухе в смысле количества бомб и ракет. Ирак проиграл в первую очередь из-за фундаментального отставания в информатизации.

Американцы не только «видели» благодаря воздушной и наземной разведке иракские войска, они ещё и быстро передавали эту информацию своим частям на земле и самолётам в небе. Командиры оперативно отдавали приказы с учётом меняющейся обстановки. Американцы знали, где противник и что он из себя представляет до того, как иракцы успевали сообразить, что что-то не так. И горели в танках, часто не осознав, откуда и кто по ним стреляет.

Это стало главной причиной краха саддамовской авантюры и триумфом западной военной машины. Её асимметричным ответом, выкованным за десятилетия ожидания рывка красной армады через коридор Фульды к Рейну и Ла-Маншу. Германия уделяет этим системам большое внимание. Её войска напичканы разведкой, современной аппаратурой связи и средствами РЭБ.

Польша участвует в военном строительстве НАТО три десятка лет — но, похоже, по сей день больше полагается на грубое старомодное железо, а не более изящные средства. Лобовые удары крылатых гусар прекрасны, но в эпоху митральез и шрапнели они кончаются печально.

Лучше у немцев и со снабжением. Они со времён блицкрига усвоили: лучше иметь три десятка танков и снабжать их в прорыве за триста километров, чем триста — которые через тридцать километров замрут без горючего и боеприпасов. Как советские мехкорпуса 41-го. А если ещё и заглушить связь с помощью РЭБ и выбить и без того слабую ПВО…

Перспективы для поляков вырисовываются неутешительные. Даже в случае обороны по линии Одер-Нейсе велик шанс, что для немцев война превратится в охоту. Методичный отстрел бронированной дичи, не понимающей, откуда в неё прилетают подкалиберные снаряды и ПТУРы. И колонны с чёрными крестами снова потянутся на восток под извечного «Августина» на губных гармошках.

Что может помочь Польше?

Во-первых, боевой дух. В России и Германии считается хорошим тоном высмеивать поляков, припоминая бездарный «слив» в XVIII веке и крушение под ударами панцерваффе. Вот только поражения бывают у всех. Не стоит судить о боевых качествах русских по 1941 году, немцев — по их разгромам Наполеоном, а французов — по двум Седанам.

У поляков были Варшава 1920-го, Клушино, Сомосьерра, Вена, и много других побед, которые сделали бы честь любой нации.

Их современная культура кажется до смешного зацикленной на славном прошлом, былых обидах и «угрозе с востока», однако «их профессура готова к бою».

А вот немцы поколениями пропитаны чувством вины. Более того — ужасом тотального разгрома, незнакомого даже японцам. Американские дивизии не прорвались по руинам Токио и трупам его защитников к императорскому дворцу. Хирохито, потомку богов, не пришлось совершить сэппуку — пока советский десант учинял социализм на Хоккайдо. Его даже оставили на троне.

Даже если к власти в Берлине прорвутся ультраправые, быстро им это не переломить. К счастью для всех.

Немцы будут сомневаться. Поляки — нет.

Если война придёт на польскую территорию — даже «потешные» войска территориальной обороны доставят агрессору немало головной боли. В век компьютеров, дронов и высокоточных боеприпасов это не так важно, как в эпохи мечей и мушкетов — но может сыграть свою роль. Сделав цену за километр в трупах неприятно высокой.

Второе — прошитый в немцах скепсис к славянам, который не вытравила даже Вторая мировая и руины Берлина. Очень многие по сей день верят: «поляки разбежались», а «русские завалили мясом». Фактами многовековую тевтонскую надменность не перешибить. А недооценка противника влечёт ошибки.

И третье — асимметричная война. Стратегия непрямых действий. По Сун-Цзы и Лиддел-Гарту. Финты ушами, славянская народная выдумка, смекалка и прочее.

Победить «в лоб» Польша шансов почти не имеет. Именно потому «сыграть» за неё гораздо интереснее. Как говорил Кристобаль Хунта, «бессмыслица — искать решение, если оно и так есть». Действительно интересна задача, на первый взгляд нерешаемая. Вероятно, именно поэтому в его кабинете стояло чучело штандартенфюрера СС в полной парадной форме, с моноклем, кортиком, Железным крестом, дубовыми листьями и прочими причиндалами.

Штандартенфюрер тоже был великолепным таксидермистом. Но Кристобаль Хозевич успел раньше. И он явно умел в стратегию непрямых действий.

Алексей Костенков, warhead.ru

Бундесвер против Войска польского: смогла бы Германия сегодня повторить блицкриг 1939 года?