Russian President Vladimir Putin (L) meets with US President Barack Obama

Взаимоотношения между Россией и Соединенными Штатами не были настолько напряженными, пожалуй, с момента окончания холодной войны.

Официальные представители США назвали российско-сирийскую операцию по наступлению на Алеппо варварством и напрямую обвинили Москву в совершении военных преступлений.

Российский президент Владимир Путин тоже открыто говорит об ухудшении отношений между Москвой и Вашингтоном. Путин уверен, что, вместо того чтобы вести с Россией диалог, администрация Обамы пытается навязать ей диктат.

Стороны тем не менее продолжают контакты по Сирии. Несмотря на жесткую риторику и взаимные обвинения, Москва и Вашингтон понимают, что они играют ключевую роль в решении сирийской проблемы.

Каковы бы ни были текущие стратегические намерения России, затяжная война в Сирии нужна Москве ничуть не больше, чем Вашингтону.

Однако в существующей атмосфере недоверия и недопонимания между сторонами, любой возможный диалог будет иметь очень шаткую основу.

Еще несколько лет назад никто не предполагал, что этим все закончится. Окончание холодной войны должно было ознаменовать наступление новой эры.

На время Россия вышла из активной игры на международной арене. Но теперь она вернулась — с жаждой мести, с желанием укрепить свои позиции на постсоветском пространстве, частично восстановить свое влияние в мире и отыграться за пренебрежительное отношение к себе со стороны Запада.

В какой же момент что-то пошло не так? Почему России и Западу не удалось выстроить новый тип взаимоотношений? Кто виноват? Чрезмерная ли активность Запада или российская ностальгия по былому советскому величию? Почему ситуация сейчас настолько плоха и можно ли назвать это новой холодной войной?

Я не готов предложить исчерпывающие ответы на эти вопросы — для этого понадобилось бы написать книгу объемом с «Войну и мир» Льва Толстого. Но постараюсь набросать несколько направлений для дальнейших размышлений.

Старший научный сотрудник Университета Джорджтауна и бывший высокопоставленный офицер ЦРУ Пол Пиллар считает, что первую ошибку совершил Запад.

«Отношения между странами пошли по неверному пути, потому что Запад не отнесся к России как к стране, которая стряхнула оковы советского коммунизма, — говорит эксперт. — Именно в таком статусе ее следовало бы принять в новое содружество стран. Но вместо этого к России относились как к преемнице СССР, которая заодно унаследовала и принципиальное недоверие к себе со стороны Запада».

На этот, если хотите, первородный грех наложился и энтузиазм Запада по расширению НАТО. Первыми в блок были приняты Польша, Чехия и Венгрия, которые имели давнюю историю противостояния попыткам Москвы взять их под свой контроль.

Но на этом расширение НАТО не закончилось. В альянс включили и три страны Балтии, ранее входившие в состав Советского Союза.

Стоит ли после этого удивляться, задаются вопросом критики, тому факту, что Москва стала активно препятствовать возможному вовлечению в орбиту влияния Запада Украины и Грузии?

Если говорить коротко, то Россия убеждена в том, что с самого окончания холодной войны Запад относился к ней несправедливо.

Эта точка зрения, конечно, не является общепринятой на Западе. Здесь предпочитают фокусироваться на «российском реваншизме» — поведении, которое персонифицирует собой Владимир Путин. В одном из своих выступлений он назвал распад Советского Союза «крупнейшей геополитической катастрофой» XX века.

Интересно наблюдать дискуссию американских аналитических центров о том, которая из этих точек зрения верна. Стоит ли сосредоточиться на изначально сделанных стратегических ошибках Запада в отношениях с Россией — или нужно смотреть на недавнее поведение агрессивное поведение Москвы в Грузии, Сирии и на Украине?

Бывший глава британской разведки МИ-6 и бывший представитель Великобритании в ООН Джон Сойерс наблюдал за тем, как развивается российская дипломатия на протяжении последних нескольких лет. И он предпочитает акцентировать внимание на недавних событиях.

В недавнем интервью Би-би-си Сойерс заявил, что Запад не уделил должного внимания выстраиванию правильных стратегических отношений с Россией за последние восемь лет.

«Если бы между Вашингтоном и Москвой существовало ясное понимание правил игры, — что мы не пытаемся обрушить системы друг друга, — то решать региональные проблемы, которые сыпятся на нас одна за другой — например, в Сирии, на Украине или в Северной Корее — было бы гораздо проще», — говорит он.

Некоторые эксперты, с которыми я говорил, также отмечают близорукость администрации Обамы, которая зачастую посылала партнерам противоречивые сигналы.

Можно ли сказать, что Вашингтон поворачивается лицом к Азии? И до какой степени Америка готова снизить свое влияние в Европе и на Ближнем Востоке?

Готова ли она подкрепить свою риторику силой? (В случае с Сирией ответ был: «нет»).

И продумал ли реально Вашингтон, к каким последствиям может привести линия поведения, которую он избрал в отношении Москвы?

Бомбардировщики Су-24 на авиабазе Хмеймим

В 2014 году Путин сказал, выступая перед Федеральным собранием после аннексии Крыма Россией: «Если до упора сжимать пружину, она когда-нибудь с силой разожмётся. Надо помнить об этом всегда».

«Дальновидным решением было бы либо снизить давление на пружину, либо подготовиться к тому, что она отскочит и смягчить удар», — написал аналитик Николай Гвоздев в статье для журнала National Interest.

Какими бы ни были ошибки прошлого, и кто бы ни был за них в ответе, мы имеем то, что мы имеем. А что мы имеем? Действительно ли Россия и США замерли в шаге от противостояния за Сирию? Я так не думаю, а как насчет идеи о том, что мы вступаем в новую холодную войну?

Пол Пиллар, например, считает, что это не верный термин.

«Уже нет того глобального идеологического противостояния, которое было отличительной чертой холодной войны и, к счастью, нет новой гонки ядерных вооружений», — сказал он мне.

«Что осталось — так это великое противостояние за влияние. И мощь России меньше по сравнению с той, что имел Советский Союз и по сравнению с мощью США, которая по-прежнему является сверхдержавой»,- добавляет он.

Так каким же будет будущее? В свете приближающихся президентских выборов в США Москва явно считает, что у нее на некоторое время развязаны руки. И есть свидетельства того, что Россия пытается использовать это время, чтобы создать ряд конфликтных зон, с которыми следующему главе Белого дома придется как-то иметь дело.

Ситуация напоминает историю от 2009 года, когда отношения России и США резко осложнились накануне российско-грузинской войны.

Это разрушило политику администрации Буша-младшего в отношении Москвы, а президенту Обаме в наследство досталась полная неразбериха.

Помните знаменитую «перезагрузку» отношений с Россией, начатую госсекретарем США Хиллари Клинтон? Она так ни к чему толком и не привела.

Сэр Джон заявил Би-би-си, что, по его мнению, «на следующего президента США (которым, как он надеется, станет Хиллари Клинтон) ляжет большая ответственность установить с Россией отношения иного сорта. Мы не ищем улучшения отношений с Россией, но не ищем и их охлаждения», — пояснил он.

«Чего мы ждем — так это стратегического взаимопонимания с Москвой в вопросах обеспечения общемировой стабильности, стабильности в Европе и в отношениях России с США, чтобы общую стабильность всего мира можно было поставить на еще более прочный фундамент, чем ранее», — сказал сэр Джон.

Так называемый «Американский мир» (Pax Americana) — период, когда единственным полюсом мира стали США, — «был очень коротким и уже закончился», отметил он.

«Американский мир» умер. Ждет ли нас новая холодная война?