В Латвии открыли памятник финским егерям, воевавшим против латышей. А стрелки перевели на СССР

Только успела порадовать смешная история из Обнинска, где открыли памятник в честь победы России в Первой мировой, как аналогичная по «красоте» новость всплыла на наших родных просторах. В Смарде в присутствии министра обороны Латвии Раймонда Бергманиса, финского посла и других важных персон торжественно открыли памятник финским егерям.

Тут дело не в самом памятнике, а в тех речах и текстах, которыми сопровождалось это событие. Вот, например, портал Энгурской волости сообщает: «Это были финские добровольцы. Мировую историю они восхитили своей неколебимой верой в идею независимости Финляндии и храбростью, с которой они выстояли против оккупантов – Советского Союза, победив многократно превосходящую армию СССР в так называемой «Зимней войне». А чтобы суметь то сделать, егеря получили закалку на нашей земле».       

Причем энгурские летописцы про «Зимнюю войну» не с потолка взяли, а практически процитировали речь министра обороны Латвии в сюжете, который под заголовком «В Латвии чествуют финнов, которые победили СССР в «Зимней войне», отсняла по этому поводу «Панорама».

Вот его слова: «Мы знаем про легендарный героизм финских воинов, с которым они разгромили многократно превосходящего противника в «Зимней войне». И в наши дни они продолжают быть образцом самоотверженности и патриотизма».   

Все это крайне трогательно, но давайте все таки уточним, что это были за «финские егеря». Официальное называние этого соединения «Королевский Прусский 27-й егерский батальон». Он был образован в 1916 году – в разгар Первой мировой войны.

В батальоне служили финские добровольцы, перебравшиеся с территории Финляндии сначала в Швецию, а затем в Германию. На всякий случай напоминаем, что Княжество Финляндское в то время входило в состав Российской империи.

Финны в батальоне были представлены 27 командирами взводов, 39 командирами отделений и 1134 рядовыми егерями.

Батальон в составе немецкой 8-й армии принимал активное участие в боях на территории Латвии в 1916-17 гг. Причем так совпало, что воевал он именно на тех участках, что и латышские стрелки. Только стрелки воевали по другую сторону фронта – в составе русской армии.

Так в июле 1916 года финские егеря своей контратакой помогли предотвратить прорыв немецкого фронта под Кеккау (Кекавой), где сражались 1й, 6-й и 7-й латышские стрелковые батальоны. 

А в январе 1917-го 27-й батальон принимал участие в Рождественских боях – самой известной и самой кровопролитной для латышских стрелков операции Первой мировой.  

То есть это памятник с датой 1916 на обелиске фактически поставлен людям, которые «получали закалку», воюя против латышей в Первой мировой.  И если бы они вместе с немцами выиграли, то, возможно, и завоевали бы для Финляндии независимость под покровительством II Рейха, но вот о независимой Латвии при тех раскладах и речи бы не было.

Как видите, из этой непростой ситуации наш атлетический министр обороны вышел с грацией гиппопотама, переведя стрелки на «Зимнюю войну» и треклятый СССР.  

И еще замечу, что в Уголовном кодексе Латвии есть 77-я статья, по которой за «противоправное участие в боевых действиях» в рядах иностранных военных формирований предусмотрен срок до 10 лет. В Латвии уже есть даже обвиняемый по этой статье – житель Даугавпилса Артем Скрипник, которого могут посадить за участие в войне на стороне ДНР.

А ровно такие же добровольцы-финны, участвовавшие в 1916 году в войне не то что в рядах «иностранного военного формирования», но даже конкретно против своей метрополии — России, являются для министра обороны Латвии «образцом самоотверженности и патриотизма».

Нет, я понимаю, что можно ставить памятники бывшим противникам, а ныне союзникам – ничего в этом зазорного нет. Но Раймонд Ольгертович, как говорится в таких случаях, вы или снимите крест или оденьте трусы.  Приплетать к памятнику с датой «1916» на обелиске Советский Союз – это уж как-то совсем некомильфо.

Станислав ГУСАРОВ, военный эскперт.